Сказка в контексте геронтософии


[85]

1.

Геронтоспецифичная проблематизация социума увеличивается.

Древнегреческое слово «геронтес» (gerontes) помимо значения «старики» означает «… старейшины, члены верховного совета, сенаторы…» (А.Д. Вейсман).

Ощущение своего старейшинства как ощущение наличного богатства возникает у тех, кто прожил этап акмэ (akme), накопил обширный опыт и перешел к этапу пожилости/старости. У одних при этом возникает интенция Наставничества, у других — интенция Учительства. У первых имеет место доминанта заимствованного опыта, у вторых, завершивших период акмэ мудростью как зрелостью, — оригинального. И те, и другие хотят продолжить себя.
[86]

Реализация интенций старейшинства имеет ценность как на индивидуально-психологическом уровне (в онтогенезе), так и на социально-культурном уровне (в филогенезе). И на том, и на другом уровнях взаимодействие пращуров и потомков можно охарактеризовать двояко.

I. Как лапидарное воспроизводство предшествующих этапов культурогенеза мегарегиона в рамках конкретного взаимодействия. Это есть свернутый культурогенез (повторение филогенеза в онтогенезе) по аналогии со свернутым биогенетическим развитием плода (закономерность Геккеля-Мюллера). Чем старше пращуры, тем больше глубина воспроизводства.

II. Как закономерность репродуцирования будущего, аналог которой выявил на основании наблюдения семафоронтов животных Кёниг. Согласно ей, у особи по завершении репродуктивного этапа меняется структура жизни (у человека это ценности, интересы, нормы) таким образом, каким пойдет в дальнейшем развитие вида в целом. Продолжая концепцию развития культуры по биогенетическим мотивам, сделаем аналоговое построение по отношению к гипотезе Кёнига. Тогда, будущее развитие культуры (особенно в момент выбора пути развития) в какой-то мере пойдет по пути интенций, сформировавшихся именно у пожилых людей этой культуры.

Таким образом, геронтоспецифичный опыт имеет ценность для:

  1. молодого поколения, у которого закладываются начатки будущего;
  2. пожилых людей, имеющих потребность в самореализации через передачу опыта;
  3. культуры, испытывающей нужду либо в самотрансляции (на этапе аттрактора), либо в самопорождении (на этапе бифуркации).

2.

Уважительное отношение к старшим, к старикам имманентно всякому традиционному обществу (например, институт старчества культивировался в монастырской практике традиционной России).

В цивилизации европейского типа в XXI веке старость сама по себе перестала считаться источником какого бы то ни было богатства. В результате возникли собственно цивилизационные проблемы: неудовлетворенность интенции старейшинства как потребности у пожилых людей; возникновение у них комплекса старческой неполноценности; существенное сужение канала межпоколенной трансляции культуры; уменьшение глубины трансляции культуры с трехпоколенности до однопоколенности.

К некоторым предкам (очень немногим, не считая власть предержащих), стали прислушиваться гипертрофированно вплоть до их кумиризации (напр., Милн, Толкин и др., которые создали виртуальные «миры», претендующие на жанр сказки). Это порождает свои проблемы, такие как зашумленность культурогенеза (и тем самым затрудненность формирования новой традиционности). Разрешение этих проблем, с участием осознания происходящего и сообразной этому деятельности, следует начинать с социально-философского анализа.

В зависимости от типа интенции старейшинства предков процесс явления сказки обладает своей спецификой.

Явленность сказки при интенции Наставничества пращуров

Интенция Наставничества продуцента порождает у него стремление передать накопленный опыт: конкретные навыки, рациональные, эмоциональные и деятельностные способы разрешения проблем (в том числе, социальных), идейные и моральные установки (тотем и табу) и др. Выделим некоторые характеристики такого типа трансляции.

Во-первых, в отношении продуцента сказки, реципиент является внимательным слушателем со стремлением к интериоризации сказки (ибо люди недосформировавшиеся имеют среди прочего тропизм, в том числе, и к морально-нравственному воспитанию, в виде потребности в самоформировании), для чего необходимо множественное повторение ситуации и отсутствие рациональной установки на восприятие сказки как выдумки, лжи, [87] предрассудка и т.п.. Благодаря такой активности реципиента у продуцента сказки возникает ощущение востребованности и происходит снятие соответствующей потребности посредством её удовлетворения.

3.

Во-вторых, в процессе восприятия/запечатления сказки реципиент движется к конституированию нравственных интенций, а через их генерализацию — и к образованию нравственного императива. Для людей недосформировавшихся (в силу особенностей детского возраста) прямоточное формирование (напр., прямое поучение) является запредельно трудным (чаще всего ведет к негативизму) и поэтому оно должно быть по возможности косвенным. Сказка не является средством прямой трансляции конкретики, но допускает абстрактно-принципиальную трансляцию как индивидуального, так и социального опыта.

В-третьих, продуцент с интенцией Наставничества по типу своей креативности лишен возможности менять смысловую часть (сюжет, а тем более фабулу) этнической сказки, но может стать Наставником посредством эмоционально-образной квалификации действий её персонажей (экспликации, аранжировки, идентификации). Таким образом, Наставничество является одним из способов удовлетворения потребности продуцента и тем самым снятия одной из его проблем.

Итак, тип деятельности, направленной на Наставничество способствует:

  1. снятию у пращуров-наставников геронтоспецифичного комплекса неполноценности,
  2. расширению канала межпоколенной трансляции культуры (путем создания пространства возможного влияния пращуров на потомков),
  3. стабилизации культуры (путем трансляции традиций и обычаев этнокультуры),
  4. трансформации и отладке новых сказок (путем множественного пересказа каждой авторской сказки).

Явленность сказки при интенции Учительства пращуров

Интенция Учительства заключается в стремлении продуцента передать сугубо свои, являющиеся оригинальными способы восприятия мира, способы отношения к себе и к миру, ценностные ориентации и др., выработанные и организованные им в собственное мировоззрение.

Пращуры с интенцией Учительства не столько являют этническую сказку (строго говоря, они этого и не могут), сколько сочиняют авторские или модернизированные тексты.

Большинство авторских сказок сказками по определению не являются: лапидарность в них заменена передифференцированностью, децентрация —сверхрефлексивностью, архетипичность — символической нагруженностью, в лучшем случае этноспецифичной, форма изложения не соответствует жанру сказки и др.

4.

Некоторые из авторских сказок являются зародышем для будущих этнических сказок (становление последних возможно только через множественное, многопоколенное народное мультиплицирование). Когда авторская сказка даже потенциально сказкой не является, она зашумляет культурогенез и при этом расшатывает наследственность культуры (гетерозис). Когда авторская сказка является зародышем, она становится участником будущего культурогенеза общества, и способствует, тем самым, формированию новой традиционности.

Итак, тип деятельности, направленный на Учительство по большей части характеризуется:

  1. наличием комплекса беспредела креативности (божественности — ?);
  2. отсутствием трансляции традиций этнокультуры;
  3. раскачиванием и зашумленностью традиционного общества;
  4. созданием потенциальности культурогенеза к формированию новой традиционности.


Итак, пращуры с интенцией Наставничества и пращуры с интенцией Учительства кардинально отличаются. Фигура Наставника, как продуцента сказки, является органичной, [88] необходимой и доминирующей в культуре на этапе аттрактора; фигура Учителя, как продуцента сказки, становится центральной и необходимой на бифуркационном этапе культурогенеза. И в том, и в другом случае пращуров с интенцией Учительства всегда не более нескольких процентов, и их роль непременна и взаимодополнительна.


Обсуждаемое здесь родительское доминирование в цивилизации европейского типа в XXI веке обеспечивает воспроизводство человека в его биологической, социо-технологической и частично моральной ипостасях в оперативно-тактической перспективе, но воспроизводство человека в нравственной, душевной, духовной ипостасях в стратегической перспективе, как правило, отсутствует, замыкаясь на родителях, оставляет за бортом культурогенеза пращуров.


Представить новую культуру без сказки можно, но хочется утверждать, что такая культура будет нам «чужой» (например, сугубо прагматичной), поэтому один из выходов сказки из катастрофического состояния конституируется дизайном сказки. Цель дизайна — в том, чтобы пращуры непременно обоего пола всех действующих поколений как можно больше сказывали сказки потомкам детского возраста (от 2-х до 10-ти лет) и лучше ежевечерне.

Похожие тексты: 

Добавить комментарий