Пределы трансформации самосознания методами современной хатха-йоги


Для понимания оснований всей современной йоги Шри Кришнамачарья является ключевой личностью, поскольку его деятельность послужила вполне определенным рубежом в развитии традиционной йоги. Он объединил два направления йоги, изначально развивавшихся самостоятельно, — великое учение Севера, базирующееся на «Йога-сутрах» Патанджали и полученное им от своего гуру в Гималаях, и великое учение Югa, передаваемое по традиции в его семейном клане от тамильских мастеров-альваров. Среди его собственных учеников трое стали основателями новых школ йоги, которые к настоящему времени приобрели наибольшую известность в мире, — вини-йоги, аштанга-виньяса-йоги и айенгар-йоги, — что не означало разложения синтеза, осуществленного Шри Кришнамачарьей, на прежние составляющие.

На фоне повсеместного выхолащивания древних знаний Шри Кришнамачарья предстает воплощением некой «крайности» в том, что делает человек с йогой и йога с человеком. Жизнь Шри Кришнамачарьи вобрала в себе все трудности и преимущества духовного перепутья, что также позволило ему вместить в своем сознании и трансформировать в практические принципы йоги множество аспектов других индийских учений, включая как философские системы, так и практические навыки аюрведы. В различных изложениях его жизненного пути встречаются некоторые фактические разночтения, также и аспекты его учения предстают неоднозначными в передаче разных учеников. Однако внимательное отношение к вехам пути Шри Кришнамачарьи и глубокое проникновение в его наследие способно многое прояснить в становлении тех форм йоги, которые можно назвать «современными».

Биография: этапы синтеза различных традиций


Наследие Натхамуни

Шри Тимуралаи Кришнамачарья родился в 1888 г. в Южной Индии. Его род ведет свое происхождение от зна­менитого южноиндийского святого IX века Натхамуни — автора утраченного трактата «Йога-рахасья» и основоположника традиции вишнуитских гуру. Через интерес к религии, в особенности к своей семейной вишнуитской традиции, Шри Кришнамачарья вышел на учения йогов Южной Индии — альваров, «тех, кто пришли править нами» — изучил труды этих мастеров, написанные на его родном тамильском языке, и раскрыл южно-индийское понимание смысла йоги. Подлинный текст трактата «Йога-рахасья» не дошел до наших дней, но Шри Кришнамачарья воспринял его содержание в откровении во время совершения паломничества. Натхамуни уделяет огромное внимание бхакти — преданности Богу, но в текст включено также множество практических советов по вопросам адаптации йоги к индивидууму.

Традиционное образование

Для носителя данной семейной традиции было естественно стать крупным ученым-санскритологом, знатоком ведийской литературы и религии. Для Шри Кришнамачарьи изучение санскрита было предопределено, поскольку он принадлежал к классу людей, предки которых в древности были известными советниками, в том числе при правителях. Для этого им при­ходилось изучать древние тексты, написанные на санскрите, и в те времена для человека из их среды знание санскрита являлось нормой. В обретении всесторонней брахманской учености Шри Кришнамачарья просто продолжил традицию: его пер­вым учителем был его собственный отец. В возрасте 12-ти лет Шри Кришнамачарья был отдан учиться в одну из наиболее уважаемых брахманских школ в Майсуре, а в 16 лет уже сдал экзамены по Шастрам и Пурва-мимансе на степень видвана (знатока). В возрасте 18-ти лет он отправился изучать санскрит, логику и граммати­ку в университет в Каши, где и оставался течение 11-ти лет. На этой стадии он занимался наукой и повторением Гаятри-мантры и получил в университете Надия титул «ньяя ратнам» («жемчужина понимания»).

Гималаи: встреча с учителем

В 1916 г. Шри Кришнамачарья отправился в Тибет и там встретил своего гуру — ученого йога Шри Рамамохана Брахмачари, и провел с ним около восьми лет. Рамамохан заставил его выучить наизусть весь трактат «Йога гурандам» на языке гуркха. В этой книге содержались очень точные и пространные комментарии на различные стадии «Йога-сутр» Патанджали, совершенно необходимые ввиду краткости сутр, а также ясные описания различных видов йогических поз и движений. Только после изучения данного трактата Шри Кришнамачарья начал понимать внутреннее значение «Йога-сутр» Патанджали, ставших основой его собственного учения. Отправиться в Гималаи было личным решением Шри Кришнамачарьи, а не обязательным требованием для представителя его семейной традиции, скорее наоборот — произошло нечто неординарное. Многое из того, что воспри­нимается как уникальные достижения Шри Кришнамачарьи, было получено им от учителя, — прежде всего, метод, включавший в себя преподавание текстов с параллельным обучением асанам йоги. В результате Шри Кришнамачарья отка­зался от научной карьеры, отклонив многочисленные предложения занять профессорскую кафедру.

Майсорская школа йоги

В 1924 г. Шри Кришнамачарья вновь приехал в Майсур, где прогрессивный местный раджа предоставил ему возможность открыть школу йоги. В его распоряжение были предоставлены дворцовые помещения и построен зал для занятий йогой. Он начал преподавать йогические асаны один-два раза в неделю. Спустя три года несколько его учеников достигли высокого уровня, позволявшего им стать преподавателями, и махараджа построил еще три зала. Шри Кришнамачарья получил доступ к архивам, где мог ознакомиться с такими поздними трактатами XVIII века, как «Шритаттва-нидхи» (по йоге) и «Вьяяма-дипика» (по гимнастике), материал которых вошел в его собственную систему. По просьбе махараджи, он написал несколько книг: «Йога-Макаранда» («Тайны йоги»), «Йоганджали» и «Йогасанала», и совершал поездки по стране с лекциями и демонстрациями практик. К 1950 г. слава об учителе распространилась по всей Южной Индии и за ее пределами, у него появились первые западные ученики.

Кришнамачарья-Йога-Мандир

После обретения Индией независимости и конфликта с новым правителем Майсура, друзья пригласили Шри Кришнамачарью переехать в Мадрас. По их настоянию, он сразу приступил к ведению вечерних классов йоги в Колледже Вивекананды, куда приезжали учиться не только индийцы, но и европейцы, которых со временем становилось все больше. Шри Кришнамачарья занимался с разными людьми по-разному, в зависимости от их потребностей, возраста, состояния здоровья и т. д. В 1976 году Т. К.В. Дешикачар, сын и преемник Шри Кришнамачарьи, основал Кришнамачарья-йога-мандир, существующий и поныне. В данном учреждении осуществляется деятельность в трех направлениях: решение психологических проблем и исцеление от болезней; обучение йоге (не только асан, но и всего духовного и культурного наследия Индии); исследовательские проекты по разработке методов преподавания учения Шри Кришнамачарьи.

Итоги самосознания перед уходом

Шри Кришнамачарья учил и вдохновлял окружавших его людей до 1989 г., оставив преподавание всего за шесть недель до смерти, наступившей в возрасте 101 года. Даже в столь преклонном возрасте во время преподавания он всегда сидел с прямой спиной, не меняя положение тела в течение 1–1,5 часов. Память его оставалась настолько безукоризненной, что он мог безошибочно воспроизвести любую строку из «Йога-сутр» Патанджали. Продолжая практиковать йогу, он выполнял стойку на голове и длительные задержки дыхания в позе лотоса. При проведении индуистского ритуала Шраддха, проводимого в годовщину смерти родителей, он сидел неподвижно в течение трех часов, воздерживаясь от пищи с самого вечера и не пропуская ни одной стадии церемонии. Визит брахмана в его дом Шри Кришнамачарья воспринимал как приход Самого Бога и заботился об исполнении всех ритуалов тщательнее, чем это делается во многих храмах.

Учение: становление «современной» йоги


Уникальность подхода

Для традиционного индийского обучения характерно превращение подготовленного ученика в «носителя» традиции, что позволяло сохранять концептуальную преемственность на протяжении многих веков, а любые отклонения строго фиксировались и закреплялись посредством полемики в качестве таковых. «Картезианский» переворот Шри Кришнамачарьи состоял в утверждении зависимости разработки конкретных йогических практик от исходного состояния ученика, предопределяя достоверность его йогического бытия и истинность существования йоги вообще. Данный подход выводится вовсе не из постулатов персоналистической психологии, но, прямо противоположным образом, из мистического опыта бхакти-йоги. Полная преданность Господу позволяет искать способов раскрытия Его присутствия в каждом человеческом воплощении, изначально предназначенном для освобождения. Однако вопрос о редуцировании йоги как пути к полному освобождению к йоге как индивидуальной самореализации в психологическом смысле остается открытым.

Строго индивидуальный подход естественным образом приводит к тому, что за отправной момент принимается нынешнее состояние данного человека. Это требует разнообразия методов, и Шри Кришнамачарья всегда выбирал то, что считал необходимым в данном конк­ретном случае. Суть его учения заключается в следующем: не человек должен перекраи­вать себя под йогу, а йогические практики должны подбираться так, чтобы они подхо­дили человеку. Именно это отличает отношение Шри Кришнамачарьи к обучению от повсеместно распространенного сейчас подхода, предполагающего наличие хорошо организованной структуры, в которую ученик должен встраиваться. В йоге Шри Кришнамачарьи нет организации, и каждый человек должен найти свою собственную структуру. Прогресс на пути йоги у разных людей выражается по-разному, и учитель не должен сдерживать этот прогресс, ставя перед учеником определенную задачу. Помощь, которую йога оказывает личности, основана не столько на информа­ции, сколько на трансформации.

Вполне закономерно, что некоторые ученики самого Шри Кришнамачарьи также стали основателями новых школ йоги. Даже в «Йога-сутрах» говорится, что в зависимости от угла зрения каждый человек получает из одного и того же учения что-то свое: первое необходимое условие обучения — учитель, а второе — ученик. Не может быть «всеобщей йогичности»; йога есть нечто, происходящее между двумя людь­ми. Человек, знающий путь, просто показывает его, но он никому ничего не доказывает. Возражение, возникающее здесь относительно того, что один из названных людей — не человек в обычном состоянии, а йог, тогда как другой лишь намерен стать таковым, снимается именно на уровне бхакти-йоги.

Переосмысление аштанга-йоги

Прежде чем искать истоки новаторства Шри Кришнамачарьи в пограничных областях знания (таких как аюрведа или санкхья), южно-индийских автохтонных текстах (вводящих пранаяму непосредственно в практику асан), а то и вовсе маргинальных экспериментах (по превращению гимнастических упражнений в асаны), следует остановиться на основных смысловых смещениях, произведенных им на уровне внутренней дифференциации в практике йоги. Рассмотрим в общих чертах его отношение к каждому из этапов классического пути северной традиции йоги, зафиксированного в «Йога-сутрах» Патанджали, — тексте, который все же считается основой йоги Шри Кришнамачарьи.

Яма и нияма. На подготовительном уровне предписания ямы определяют, от чего следует воздерживаться, и задают внешнюю канву жизни. Подобно своему учителю, Шри Кришнамачарья считал, что для наших дней уже не подходит традиционная санньяса, подразумевающая странствие с места на место и сбор подаяния. Бытьсанньясином — значит целиком и полностью отдать себя высшей силе. Шри Кришнамачарья не воспринимал совершенные им поступки как свои собственные действия. Он знал, что сам он беспомощен, а действующая через него сила — это сила учителя или Бога, поэтому для него не существовало противоречия между семейной жизнью и истинным духом санньясы. Указания ниямы касаются того, к чему следует последовательно прилагать неустанные усилия для внутреннего очищения. Шри Кришнамачарья считал, что сегодня они уже не имеют никакой ценности, кроме двух — разборчивости в пище и словах. Ко второй нияме относится повторение сакральных текстов, и в 1999 г. под эгидой Кришнамачарья-йога-мандира был открыт специальный центр Ведавани для обучения ведическому пению.

Асана. Шри Кришнамачарья никогда не рассматривал йогу просто как систему физических упражнений. Йога означала для него деятельность, ведущую к Богу, и целью было воссоединение с Богом. Такое понимание вполне ортодоксально, ибо еще Сватмарама в «Хатха-йога-прадипике» определял хатха-йогу как средство подготовки к раджа-йоге. Этапы практики, на которых осуществляется работа с физическим телом, представляют собой не альтернативный путь, а ступень, обеспечивающую возможность пройти весь путь до конца. Практика йоги призвана увеличить способность человека проникать в суть вещей, и асаны также способствуют достижению данной цели, подготавливая тело к изменению восприятия, поэтому речь идет не просто о восстановлении здоровья, а о качественной физической трансформации. Здесь следует остановиться лишь на основополагающих принципах построения практики, которые были введены уже Шри Кришнамачарьей, хотя часто приписываются его ученикам.

  • Употребление подручных средств для облегчения начинающим выполнения сложных асан стало характерной чертой айенгар-йоги. Отсутствие сидячих медитаций в системе Айенгара также возводится к идее Шри Кришнамачарьи о том, что практика асан сама по себе есть свадхьяя и совершенствует способность к самосознанию.
  • Введение значительного количества новых асан путем подбора определенных комбинаций в каждом конкретном случае и варьирования их по мере изменения состояния (здоровья пациента или сознания ученика) закрепилось в вини-йоге.
  • Связывание асан между собой посредством динамических переходов (виньяс) в завершенные комплексы и использование при выстраивании последовательностей принципа пратикрияасаны (компенсации, или контр-позы) составили основу для аштанга-виньяса-йоги.

Пранаяма. Ни в одной другой школе использованию энергии дыхания не придается такого большого значения. Шри Кришнамачарья утверждал, что пранаяма коренится в асане: только выполнение асан в сочетании с определенными дыхательными техниками ведет к освоению пранаямы. И наоборот, посредством изменения методики и длины дыхания, комбинируя асаны и меняя дыхательный ритм, можно модифицировать позы так, чтобы они удовлетворяли индивидуальным потребностям практикующего. Относительно допустимости контроля дыхания в процессе практики асан до сих пор ведется полемика даже среди последователей Шри Кришнамачарьи, не говоря уже о представителях других йогических традиций. В практике собственно пранаямы Шри Кришнамачарья делает акцент на усилении речаки (выдоха), ибо в контексте аюрведы он понимает пранаяму как технику очищения. И, наконец, именно он привнес идею бхаваны в практику пранаямы: вдох есть вдохновение от Господа, а выдох — погружение в Господа, предание себя Его воле.

Пратьяхара, дхарана, дхьяна, самадхи. Для Шри Кришнамачарьи как пранаяма начинается в асане, так медитация начинается в пранаяме. Энергию кундалини он приравнивал к пране, поэтому пранаяма с акцентированным выдохом и бандхами, дополняемая преданным пением, признавалась единственным эффективным методом действия, а пробуждение «кундалини» зависело лишь от состояния ума и вайрагьи (отрешенности). Рассматривая саму хатха-йогу как духовную практику, Шри Кришнамачарья считал, что именно наличие садханы превращает раджа-йогу в бхакти-йогу. Поскольку же дхьяна (медитация) представляет собой характерное состояние ума, а ум имеет ограниченную природу и в принципе не способен схватывать что бы то ни было за пределами формы, то деша (тело), или объект сосредоточения должен быть сагуна (качественным), а не ниргуна (бескачественным). Обычное человеческое существо нуждается для концентрации ума в определенных формах и визуализациях, следовательно, любая ниргуна дхьяна (безобъектная медитация) есть не более чем викальпа (продукт концептуализации — понятие или представление).

Развитие йога-терапии

В изданиях по йоге на Западе лишь изредка встречается напоминание о том, что йога есть не просто способ оздоровления, но путь к полному освобождению от обусловленного человеческого существования. Однако западный термин «йога-терапия» не означает, что приспособление методов йоги для лечения болезней и решения психологических проблем началось сравнительно недавно и вызвано потребностями цивилизованного общества, — в южно-индийской лексике ему соответствует термин «йога-чикитса». Рекомендации Шри Кришнамачарьи по достижению физического, умственного и духовного здоровья основывались на аюрведе, йогической системе оздоровления Натхамуни и пульсовой диаг­ностике. Что касается техник шат-крия (внешнего и внутреннего очищения тела), предписанных аюрведой для подготовки к лечению и «Хатха-йога-прадипикой» для подготовки к соблюдению моральных требований ямы и ниямы, то Шри Кришнамачарья не видел в них особой необходимости. Он считал, что при правильно построенной практике асан и пранаямы, в совокупности с внимательным отношением к выбору пищи, дополнительное очищение не требуется.

Заключение

Характерная черта дилетантизма, — игнорирование дифференциации внутренней структуры, — неизбежно возникает при наличии множества последователей. Другая крайность, которая часто совпадает с первой, состоит в допущении самоопределения для каждого, кто объявляет себя этой традиции причастным. В итоге, складывается внешнее впечатление, что за общими фразами «йоги считают», «в йоге принято» скрывается вседозволенность создавать свою собственную йогу, вовсе не считаясь с объективными законами. Тогда традиция воспринимается со стороны как нечто однородное и в то же время совершенно хаотичное, «кишащее» яркими и не слишком яркими личностями. Но нет йоги вообще и нет йоги Шри Кришнамачарьи, подобно тому, как нет ни философии как таковой, ни «своей» философии. Перед человеком, желающим чего-то достичь, встает проблема определить, какие существуют варианты формулировки цели и способы их достижения. Поэтому ему приходится начинать со структурирования, точнее, постижения структуры традиции в целом, — а при выделении элементов неизбежно оказывается, что вычленить их едва ли возможно, и нужно налаживать связи.

Наиболее очевидная герменевтическая возможность «вписать» йогу Шри Кришнамачарьи в традиционный контекст состоит в том, чтобы проанализировать его интерпретации древних трактатов «Йога-сутр» и «Йога-рахасьи» и соотнести их с другими истолкованиями. Однако второй текст известен лишь в передаче самого Шри Кришнамачарьи, и «чистота» полученного им откровения относительно подлинного содержания данного трактата не может быть подтверждена или опровергнута иначе, чем развитием соответствующей интуиции на основе изучения других текстов вишнуитской традиции. «Йога-сутры» представляют не настолько зыбкую текстуальную субстанцию, поскольку существует значительное число как древних, так и современных комментариев, позволяющих отследить этапы становления философии йоги, составляющие основания также и для современных разночтений. Поэтому сделанные здесь выводы следует считать лишь предварительными предположениями, суть которых может проясниться при сравнительном анализе пояснений к каждой отдельной шлоке «Йога-сутр». При различных подходах неизбежно переобозначение исходных понятий: в итоге «самадхи» Шри Кришнамачарьи и «самадхи» в любой другой традиции йоги — два разных состояния самосознания, определения которых отсылают к разным процедурам подготовки сознания.

Литература


  1. Shri Tirumalai Krishnamacharya // http://www.viniyoga.co.uk
  2. My Father’s Yoga / By T.K.V. Desikachar // http://viniyoga.co.uk/articles-4.html
  3. Жизнь и йога Шри Т. Кришнамачарьи // Дешикачар Т.К.В. Сердце йоги. Совершенствование индивидуальной практики. К., 2003.
  4. Шри Кришнамачарья. Йоганджалисара (Нектар преклонения перед йогой) // Там же.
  5. Сьоман Н.Е. Йогическая традиция Майсорского дворца // Динамические практики в классической йоге. Киев, 1999.
  6. Ферштрайн Г. Энциклопедия йоги. М., 2002.

Комментарии

Пределы трансформации самосознания методами современной хатха-йоги

Аватар пользователя Андрей Минкевич
Андрей Минкевич
четверг, 21.10.2004 12:10

Текст показался мне крайне интересным. Автор произвел впечатление глубоко постигшего человека, вложившего в текст своё понимание предмета и мира. Спасибо. (Я - практик хатха-йоги, знакомый с четырьмя ее школами; буддист).

Добавить комментарий