Барокко и классицизм, или триста лет спустя

Среди многочисленных художественно-эстетических направлений и течений, выделяемых современными культурологами, барокко и классицизм занимают совершенно особое положение. Именно они стали первыми целостными и осознающими самоё себя системами в истории европейской культуры. Значение этих направлений для последующего развития искусства и литературы Нового времени было весьма важным; достаточно лишь упомянуть, что под знаком всевозможных модификаций барокко и классицизма процесс культурной эволюции в странах Европы, Северной и Латинской Америки проходил в течение двух столетий, а необарочные и неоклассицистические тенденции прослеживаются отдельными специалистами даже в культуре многоликого XX века.

Тем не менее, в восприятии современного человека барокко и классицизм нередко предстают в виде, искажающем их истинную сущность. Речь в данном случае идет о принципиальной необходимости дистанцирования позднейших, зачастую субъективных представлений об истории культуры от самого хода этой истории. В своем стремлении разграничить и окончательно развести барокко и классицизм исследователи, как правило, совершенно упускают из вида то обстоятельство, что ни в семнадцатом, ни в восемнадцатом столетиях о существовании барокко и классицизма даже не подозревали. Как особые понятия-термины «барокко» и «классицизм» появились гораздо позднее той эпохи, по отношению к которой они традиционно применяются, — в начале XX и в начале XIX веков соответственно. Таким образом, укоренившаяся в умах терминологическая оппозиция «барокко — классицизм» в XVII — XVIII вв. в этом качестве просто не осознавалась (хотя бы уже по той элементарной причине, что таких понятий в то время не знали). Периодически возникавшие в эту эпоху полемики и споры были не только отражением внутренних разногласий сторонников того или иного стиля; помимо всего прочего, они обладали колоссальным объединяющим значением, способствуя процессу выработки новых художественных методов и принципов.

Однако даже в том случае, если отталкиваться от современных взглядов на указанную проблему, чрезмерное разграничение барокко и классицизма неизбежно оказывается нарочито теоретическим и не слишком плодотворным. Эти понятия принадлежат, скорее, к сфере теории, нежели к сфере художественной практики. Все без исключения сущностные параметры барокко и классицизма отчетливо прослеживаются главным образом в трактатах и поэтиках того времени и лишь весьма нечасто — в произведениях XVII — XVIII вв. Как правило, мы имеем дело не столько с явлениями «чистого» барокко и «чистого» классицизма, сколько со всевозможными «сплавами» этих стилей, то есть с переходными, промежуточными явлениями. Барокко и классицизм суть различные, но отнюдь не разнонаправленные векторы истории мировой культуры, находящиеся в сложных отношениях взаимопритяжения и взаимоотталкивания.

Сейчас, по прошествии трехсот лет со времени окончания календарного XVII века, обычно с известной долей условности называемого культурологами «эпохой барокко и классицизма», имеет смысл подвести некоторые предварительные итоги изучения культурного наследия данного периода. Отечественная наука, безусловно, особенно во второй половине XX столетия, достигла весьма заметных успехов в обозначенной выше области. В частности, исследователями, представляющими различные сферы гуманитарного знания, были поставлены и проанализированы многие важнейшие проблемы истории мировой культуры XVII в., касающиеся основных закономерностей ее эволюции, диалогического начала и философских основ, собственно художественного творчества представителей этой эпохи и вопросов его влияния на процесс дальнейшего культурного развития. Но, вместе с тем, современное состояние изучения культуры семнадцатого столетия изобилует также достаточно серьезными недочетами и многочисленными лакунами.

С одной стороны, внимание исследователей, как правило, привлекают лишь наиболее крупные, «знаковые» фигуры данной эпохи, творчеству которых посвящаются статьи, монографии и диссертации. Безусловно, имена Д. Локка, Р. Декарта, Б. Паскаля, Ж.-Б. Мольера, Ж. Расина, Н. Пуссена, А. Ван Дейка, Рембрандта ван Рейна и им подобные заслуживают особо пристального интереса специалистов. Но и тот культурный «фон», который представлен работами менее известных, второстепенных авторов, ни в коем случае не должен оставаться в тени, поскольку именно он образует характер и стиль эпохи и, в конечном счете, способствует формированию творческой манеры ее «титанов».

С другой стороны, несмотря на то, что своеобразие и основные закономерности развития культуры XVII столетия были обнаружены исследователями еще десятилетия назад, проблема создания обобщающего свода знаний, проблема написания курса истории европейской культуры XVII в. остается актуальной вплоть до настоящего времени. В самом деле, во всех современных вузовских учебниках по культурологии главы, посвященные тенденциям XVII — XIX вв., являются крайне неудовлетворительными — и по своему содержательному уровню, и по форме преподнесения материала; других же культурологических пособий, в должной мере восполняющих указанные «пробелы» учебной литературы, по сути дела, нет, или же они труднодоступны (в особенности — для преподавателей и студентов провинциальных вузов). Таким образом, создается несколько парадоксальная ситуация, когда каждая из сфер культуры Нового времени (литература, живопись, музыка, архитектура, садово-парковое искусство и т.д.) в отдельности достаточно хорошо изучена, однако общий курс истории мировой культуры данного периода до сих пор никем не написан. В связи с этим было бы целесообразным создание в будущем соответствующей индивидуальной монографии (или коллективного труда) сугубо научного или научно-популярного характера, которая впоследствии могла бы быть использована вузовскими преподавателями и студентами-культурологами в качестве основного учебного пособия.

Конференция «Лафонтеновские чтения», как и всякая другая конференция, в принципе не может разрешить всех проблем, возникающих в той или иной области. Задача данного симпозиума заключается преимущественно в том, чтобы поставить, обозначить, актуализировать эти проблемы, создав предпосылки для их последующего изучения и наметив методологию этого процесса. В 2001 г. предметом научных «штудий» и размышлений участников «Лафонтеновских чтений» стали барокко и классицизм во всем своем внутреннем богатстве и колоссальном диалогическом многообразии.

Добавить комментарий