Испанские и русские философские традиции: общее и особенное

Одной из важнейших методологических проблем теории историко-философского процесса является проблема соотношения общего и особенного, универсального и локального, которая в контексте постмодернистского «децентрированного» образа истории философии приобрела новое звучание. Культурологический метод историко-философского познания, ставящий философствование в функциональную зависимость от историко-культурных традиций конкретного сообщества, начинает вытеснять логический метод, доминировавший в теории историко-философского процесса, начиная с Г.В. Гегеля. В этих условиях происходит актуализация интереса как к возможностям философствования вне европейской традиции, так и к многообразию национальных форм философствования внутри европейской традиции.

Выдвижение на первый план культурологического метода историко-философского исследования и ценностной составляющей самого философского знания привело некоторых исследователей к сомнению в существовании мировой философии 1,c.3-30. Положительный ответ на вопрос: как возможна мировая философия в постмодернистскую эпоху, предполагает введение нового понятия «национальная философская традиция» в сферу методологии историко-философского исследования. Это понятие позволяет конкретизировать представление о мировой философии как диалоге различных национальных философских традиций, создать новые методологические модели и системы оценок интеллектуального и духовного прошлого.

Национальная философская традиция – это типологическое понятие, конструируемое методом последовательной содержательной экспликации наиболее существенных исходных установок национального мировоззрения и способов их передачи. Руководствуясь многоаспектным подходом к истории философии, обрисованным К. Ясперсом в его «Всемирной истории философии» 2,c.106-128, можно разделить исходные установки национального мировоззрения на три вида: формы мысли, символы и образы мира (идеал мудреца и личности), в наибольшей степени воплотившие национальный дух.

Изучение национальной традиции в философии предполагает соблюдение следующих принципов: 1) рассмотрение национальной культуры как способа реализации универсальных ценностей культуры, 2) рассмотрение национальной философии как высшей формы выражения национального самосознания, 3) изучение на основе методов социальных наук национального характера в исторической перспективе, изменении, 4) прослеживание смысла интеллектуальной эволюции национальной философии с ориентацией на школы, течения и направления, 5) учет институциональных форм организации и трансляции национальной философской традиции, их соотношение с экономикой, социальной структурой, религией данного сообщества.

Сложность предмета исследования предполагает применение междисциплинарного подхода, объединяющего достижения этнографии, культурной и исторической антропологии, компаративистики, социологии, истории, истории философии, языкознания, культурологии.

Поскольку философская компаративистика, как сравнительно новая научная дисциплина, занимается методологическим обеспечением диалога философских культур, то понятие «национальной философской традиции» может стать ключевым для данной области знания. Для историка философии компаративистика выступает в роли «эксперимента» (М. Блок), позволяющего установить такие связи между явлениями, которые невозможно найти иным путем.

Чем шире горизонт возможностей сравнения, как указывал К. Ясперс, тем явственнее проступает общее и выделяется чуждое. В то же время сравниваться должны всегда лишь сопоставимые предметы. Исходя из этих простых соображений в качестве объектов сравнения выбраны столь близкие и в то же время самобытные философские традиции как испанская и русская.

Процессы исторического развития Испании и России характеризуются рядом удивительных совпадений. Обе страны складывались и развивались в пограничных зонах, на окраинах Европы, являясь – каждая по-своему – зонами взаимопроникновения западной и восточной культур. Практически одновременно в этих странах началась борьба против социального гнета, вдохновленная идеями просветителей. Сходный характер имели национально-освободительные войны против наполеоновской Франции и этапы революционной борьбы. Прерывность в интеллектуальной жизни обеих стран, периодическое разделение нации на два противоположных лагеря, истреблявших друг друга, смена периодов изоляции и общения с другими европейскими странами, несколько волн эмиграции в XX в. – общие черты исторического развития Испании и России.

Испанская культура как продукт средиземноморского евразийско-африканского культурного синтеза сыграла важнейшую роль в формировании латиноамериканской культуры. Это обусловило огромный и устойчивый интерес испанской философии к поискам национальной традиции, к осознанию своеобразных черт Испании как некоторой целостности, к разрешению вопроса о соотношении общего и особенного, универсального и локального в мировом философском процессе. Русская культура также носит синтетический характер, соединяя в себе традиции византийской культуры, монгольской государственности, церковно-славянской литературно-языковой традиции. Осознание России как некоторой целостности, самобытного культурно-исторического типа и даже как цивилизации – главный стержень философских поисков нации на протяжении XIX-XX вв.

Господство тоталитарных идеологий в середине XX в. в Испании и России, прерывность интеллектуальной жизни обусловила сходные черты в философском развитии Испании и России в XX в: длительное забвение значительной части истории отечественной философии, выполнение литературой информативной, интегрирующей и стимулирующей национальное сознание функции, обостренный интерес к философско-историческим и метафизическим проблемам.

Различные национальные философские традиции можно выделять по следующим параметрам: 1) различие источников формирования философской традиции (к ним относится неоднородный мыслительный материал и особенности его синтеза), 2) связь между различными этапами философской эволюции этой традиции, выраженная в инвариантных философских идеях, философемах, темах, установках и идеалах, 3) эпистемологический статус философского познания в его соотнесении c внеположенными философии типами мыслительной деятельности данного сообщества, 4) общая картина мира, соотнесенная с языковой картиной мира данного народа. 5) определенная для каждого сообщества иерархия социальных ценностей.

Национальная философская традиция, с одной стороны, позволяет удержать объекты, подвергаемые исследованию в рамках этой традиции, с другой стороны, она позволяет установить связь с исследованиями предшественников. Ведь именно национальная традиция задает параметры отношения к философским традициям других народов, к освоению достижений других философских культур. «Философская традиция функционирует по тому же типу, что и любая другая культурно-историческая традиция, обеcпечивая сохранение и трансляцию накопленного и социально-организованного наследия из поколения в поколение, от культуры к культуре» 3,c.95.

Анализ работ испанских философов XIX-XX вв. по осмыслению своей философской традиции позволяет сделать вывод о следующих характерных чертах испанской философии: 1) преимущественный интерес к социально-этической, а не умозрительной философии; 2) эклектическая тенденция к объединению науки, философии и религии, мистицизма и рационализма, жизни и разума; 3) культивирование форм интуитивного постижения сущности вещей, метафоричность испанской философии; 4) специфически эстетический подход к философии, утверждение фундаментального единства философии и литературы; 5) понимание жизни как «радикальной реальности», что составляет принцип испанского миропонимания; 6) персоналистский характер испанской философии.

Отметим так же тот факт, что испанский философский язык был создан гораздо позже, чем у других европейских народов, т.е. в кон. XIX-нач. XX вв. благодаря работам Мигеля де Унамуно и Х. Ортеги-и-Гассета, хотя «в литературе и религии он обладал значительно большим совершенством и зрелостью, чем в других странах в период выработки их философского языка» 4,c.339. Кроме того, в Испании и других испаноязычных странах особую роль играет не академическая философия, а «живая философия» как результат ответственного вопрошания о смысле жизни и истины каждого человека. Все отрасли культуры в этих странах, такие как «социология, психология, история, включая историю искусства и литературы, даже медицина и естественные науки несут на себе след этой философии в такой пропорции, которая не обнаруживается ни в каком другом месте» 5,c.412.

Специфика географического положения и исторические особенности формирования испанской нации привели к следующим составным частям испанской национальной идеи.

Во-первых, постоянное сравнение себя с остальной частью Европы, осознающее культурно-политическую, экономическую, историческую обособленность Испании.

Во-вторых, мессианские идеи об особом предназначении испанского народа и его стержня католической религии в христианизации человечества, об особом «гуманизме» испанского видения мира.

В-третьих, представления об исторической расколотости, разделенности Испании, наиболее ярко выраженные испанским писателем Камило Хосе Село: «Испания – страна, исторически разделенная на две половины, каждая из которых делится еще на две половины, которые в свою очередь дробятся и дробятся подобно тому как умножаются образы в игре зеркал» 6,c.1. Разделение на христиан и мавров в период Реконкисты, старых и новых христиан в период Возрождения, «либералов» и «низкополонников» во время нашествия Наполеона, республиканцев и франкистов, консервативный Центр и наиболее европеизированную, прогрессивную Периферию в XX в.

Практическим следствием католицизма как культурного субстрата испанского общества является органицистская трактовка социальной жизни в испанской культуре. Внимание к ближнему часто сопровождается отсутствием уважения к нему, вторжением в его личную жизнь, а иногда и стремлением ее анулировать. Знаменитый испанский индивидуализм представляет собой всего лишь реакцию на глубокий психологический коммунитаризм испанского общества. Влияние католицизма проявилось и в доминировании мифа и мистических форм познания в испанской философской традиции, и в персоналистском характере испанской философии. Даже у испанских марксистов «наблюдается гиперболизация роли субъекта, лишающая объект какой-бы то ни было независимости от субъекта и на онтологическом уровне» 7,c.224. Экзистенциализм М. де Унамуно и рациовитализм Х. Ортеги-и-Гассета так же исходят из неразрывной связи человека и мира, личности и бытия. В качестве общей черты, которая может быть представлена как специфическая традиция испанской национальной философии, можно обозначить понимание бытия как онтолого-метафизического понимания жизни. Формой, с помощью которой человек вписывается в бытие, для указанной традиции выступают универсальные формы культуры: религия и искусство. Придание данным формам онтологического статуса обусловило многие сильные и одновременно слабые черты испанской философской традиции. Потребность в персонализации Бога приводит в испанском католицизме к утверждению и всеобщему почитанию Девы Марии, мариолатрии, в которой «мало-помалу повышалась божественность Девы Марии, вплоть до почти полного ее обожествления», и которая «отвечает только потребности чувствовать в Боге совершенного человека, включить женственность в состав Бога» 8,c.170.

Мессианство, персонализм, отказ от систематической завершенности, эмоциональная окрашенность и энергетическая напряженность мысли, антропоцентристская ориентация – такова общая характеристика «кода» испанской культуры, сложившегося под непосредственным воздействием католицизма. Отметим противоречивость религиозного идеала Испании, в котором мистическая сосредоточенность на божественном сочетается с формализмом, связанным с интересом к внешним религиозным практикам, а не к духу.

Если сравнить эти характеристики испанской философской традиции с самопознанием русской философской традиции в отечественной философии XIX–XX вв., то обнаружится поразительное сходство. К характерным чертам русской философии большинство исследователей относят антропоцентричность, синкретичность, онтологизм, преобладание интуитивного мышления над дискурсивным рассуждением, а также идею мессианского предназначения России в объединении Востока и Запада. Понимание философии как «рационального преодоления ограниченности рациональной мысли» 8,c.253, способного уловить не только непостижимое существо реальности, но и многообразие ее структуры, вполне соответствует динамической трактовке реальности в испанской философской традиции 9.

Сравнительный анализ становления и развития испанской и русской философских традиций позволяет установить четкие типологические параллели между ними, как на уровне социальных и историко-культурных условий их существования, так и на уровне конкретной тематики, постановки философских проблем, способов их выражения и передачи.

Литература
  • [1] 1. Зотов А.Ф. Существует ли мировая философия? (Провокационные заметки). // Вестник Московского университета. Серия 7 (Философия). – М., 1998, № 1.
  • [2] 2. Ясперс К. Всемирная история философии. Введение. – СПб., 2000.
  • [3] 3. Традиции отечественной философии (материалы докладов и тезисы сообщений). – Гродно, 1991, ч. 2.
  • [4] 4. Marias J. Espana inteligible. – Md., 1985.
  • [5] 5. Marias J. El curso del tiempo 2. – Md., 1998.
  • [6] 6. Cit. por Diaz-Plaja G. Espana en sus espejos. – Barcelona, 1977.
  • [7] 7. Бранденбург В.Я. Марксистская традиция в испанской философской мысли. Иркутск, 1998.
  • [8] 8. Мигель де Унамуно. О трагическом чувстве жизни у людей и народов. К., 1996.
  • [9] 9. См.: Яковлева Л.Е. Х. Субири и особенности испанской философской традиции. Йошкар-Ола, 1999.

Комментарии

Аватар пользователя Максим
Максим
пятница, 24.02.2017 04:02

Интересная статья, но есть некоторые серьезные замечания. Совсем недостоверным является высказывание автора о том, что большинство исследователей выделяет в качестве характерных черт русской философии антропоцентричность. Наоборот, большинство русских мыслителей были теоцентричны, так как главным образом они основывались на религиозном фундаменте Православия, в центре их мировоззрения был Бог. Русскую философию конца XIX - начала XX вв., а именно она является во многом вершиной, традиционно называют религиозной философией. Также нельзя согласиться с утверждением о синкретичности (неорганическом соединении в единое целое) русской философской мысли. Скорее ее нужно назвать синтетической, то есть такой в которой различные идеи (восточный православный мистицизм и западный рационализм) сочетаются органично. Во всяком случае у ранних славянофилов (Хомяков, Киреевский, Аксаковы), а также, например, у Леонтьева, Данилевского, Тихомирова именно так и было.

Добавить комментарий