Разговоры с мертвыми

Пожалуй, самые неожиданные чудеса, что собраны в Словах Киево-Печерского Патерика, творит монах обители пещерник Марк. Повествование его записано со слов преподобного епископа Симона, а жил Марко Пещерник во времена, когда мощи святого Феодосия были перенесены из пещеры в церковь (1091 г.). Сюжет Слова прост. Монах трудничал в пещерах, выкапывая своими руками могилы для умершей братии и нося землю на своей спине. Однажды он так устал, что не успел расширить могилу и она осталась слишком узкой. Случилось в тот же день одному больному монаху умереть и не было другой могилы, чтобы похоронить его. Пришлось укладывать мертвого в эту узкую могилу, но братия была не довольна, так как «не монаху мертвого опрятати, ни масла на нъ възлиати, зане бъ место узко» 1.

Марко сначала извинялся перед братией, что не смог из-за усталости докончить свою работу в срок, а потом … «глаголаше мертвому: «Ибо тесно есть место се, самъ, брате, покропи ся и приимъ масло, взлей на ся». Мертвый же простеръ руку, мало въ скорнъ ся, взем масло, възлиа на ся крестаобразно, на перс ии на лице, съ суд же от дасть; сам же предо всеми опрятав ся, възлег, успе» 2.

Когда произошло это чудо, присутствующих охватил страх и трепет. Однако Слово не ограничивается только одним чудом. Чудо, повторяясь, как бы расширяет и углубляет «возможности чудесного».

Когда в другой раз умер брат, а у Марко была не готова могила, то он попросил пришедшего спросить о ней брата, который только что обмыл тело - «мертво-суще», передать умершему: «Брате иди рыци брату - пожди до утриа, даже ископаю ти место, и тако отъ идеш и на онъ ж итиа покой» 3. Друг умершего возразил Марко, ведь он только что отер губкой его тело: «Кому передать слова? ». Марко с настойчивостью повторил просьбу. Возвратившись в монастырь, увидел брат, что вся братия отпевает умершего, но он все же передал слова Марко. И лишь на другой день, когда могила была готова, передал Марко умершему через его друга: «Глаголеть ти Марък о - остави животъ сий временный и приид и на вечный, себо место уготовано ти есть на приятие телу твоему, отдай же Бого в и духъ твой, тело же твое съ святыми отци зде да положено будет в печере» 4.

И как только были переданы эти слова, оживший тотчас сомкнул глаза и испустил дух. Чуду же все дивились: по одному слову блаженного ожил мертвец и по его же слову снова преставился.

Наконец, третье чудо имеет, так сказать, поучительно-воспитательный эффект, а также разъясняет смысл чудес творимых блаженным Марко. Здесь речь идет о двух братьях, которые были связаны сердечной любовью, имели одни мысли и желания, обращенные к Богу, и умолили Марко еще при их жизни сделать им общую могилу. Спустя время, старший брат Феофил отлучился из монастыря, а младший - заболел и умер. Возвратившись, Феофил очень скорбел о смерти младшего, а затем, взяв иноков, решил посетить пещеру, где был похоронен брат. Увидевши его положенным на верхнем месте, вознегодовал на Марко, ибо считал, что на этом месте должен был быть похоронен он сам, как старший. Марко, смиренный человек, согласился с ним, просил прощения, а потом обратился к умершему: «Брате, въсстани, дай же место не умрьшему, брату, сам же лязи на нижнем месте» 5. По слову преподобного встал умерший и лег на нижнем месте. Чудо это было страшно и «ужасти полно». Существенно, что Марко объясняет Феофилу, а, следовательно, и читателям, кто на самом деле «автор» чуда, и какова его роль в сотворении всех чудес, иными словами, объясняет способность Марко вести разговоры с мертвыми.

Когда Феофил, испугавшись чуда, обратился с просьбой к Марко вернуть его младшего брата на прежнее место, блаженный сказал ему: «Господь отъять вражду межю нама. Се сътвори роптаниа ради твоего, да не въ векы враждовалъ, съблюдеши злобу на мя» 6. Итак, не по слову блаженного, а по воле Господа мертвые могут слышать живых. Насколько слаба воля человека, настолько он зависим от повеленья Божьего, объясняет Марко далее: «Хотех, да не изыйдеши отсуду, да свое старейшинъство наследиши, и в сий час зде положенъ былъ, но поне же неготовъ еси на исход, но иди, попецися о своей души» 7. Марко желал, чтобы Феофил тут же занял свое место, уступленное ему младшим братом, но не был готов Феофил к исходу. Марко понимает сам и старается донести свое понимание до Феофила и всех окружающих, что не по его, Марко, слову, мертвец поднялся и уступил брату верхнее место. Снова вернуть его на прежнее место, как просит, испугавшись чуда, старший брат, Марко не может: «Бог бо можеть въздвигнути его, азъ бо не могу рещи умершему: въстани и лязи на вышнем месте» 8. Марко даже предлагает Феофилу самому попросить мертвеца вернуться на прежнее место, может быть, тот послушает, как послушал сначала Марко. Феофил же настолько был напуган случившимся, что думал не дойдет до монастыря и упадет здесь же замертво. Однако этого не случилось. Случилось другое.

Придя в келью, стал Феофил плакать безутешно и, раздав все свое имущество, ожидать смертного часа. Так проводил он многие дни и ночи: молился, плакал и, наконец, ослеп от слез. Он звал смерть и вместе с тем молил Бога, дать ему время на покаяние. Преподобный же Марко, узнав о скорой своей кончине, обратился к Феофилу со словами прощения, что огорчил его и изменил его жизнь на много лет. Однако, прощение у Феофила, как бы и оправдание, ибо Марко объясняет его, Феофилово благо, следующее из тех изменений в жизни монаха, которые случились «по вине» Марко: «…понеже Бога ради ослепися очима телесныма, но духовныма на разум того прзрелъ еси» 9.

И, наконец, Марко предсказывает Феофилу, что за три дня до смерти тот прозрит и увидит свет «нескончаемый» и славу «неизреченную», причем предупреждает его смерти не желать, ибо она придет, «аще и не хлщещи». Сказав это, Марко преставился, Феофил же продолжал плакать и ожидать маркова пророчества. Все случилось, как и предсказал Марко. Последнее чудо, описываемое в Слове - смерть Феофила. Перед смертью ему явился ангел, который принес сосуд полный не собранных Феофилом слез, которых оказалось много больше тех, что он сам собирал. Ангел поведал Феофилу, что с «веселием» ему предстоит отойти к Господу, оставил сосуд, в котором слезы, принесенные Богу вместе с молитвой, обратились благовониями, и исчез. Через три дня Феофил умер, тело его было помазано из ангелова сосуда и пещера наполнилась благовониями.

Пересказывая текст, мы опустили ряд назидательных подробностей, останавливаясь, в основном, на «ужасных» чудесах. Существенное отличие этого сюжета от распространенных в то же самое время (кон. ХII - ХIII вв.) в Западной Европе, сюжетов exempla и «видений» 10, заставляет задуматься, какой смысл вкладывали русские христиане в повествование о марковых чудесах. В западноевропейских «примерах« и »видениях» с умершими беседовали живые люди, которые случайно попадали в потусторонний мир и гарантированно из него возвращались, чтобы поведать об увиденном. Их беседы с мертвыми - именно беседы с душами умерших. С кем же говорит Марко?

Обращение Марко - к телу, от которого душа уже отлетела, но по просьбе Марко, «душа его (умершего - М.К.) възвратися во нь». Он, как мы помним, не считает себя способным к воскрешению людей. Это - дело Божье. Какова же его, Марко, роль и почему выполняются умершими его просьбы?

Марко, конечно же, христианин. В своем поведении он полностью подчинен воле Божьей. Однако, эта фигура сохраняет в себе и остатки языческой обрядности. Язычество, в том числе и славянское, знало мифологических персонажей, которые были перевозчиками из царства живых в царство мертвых, подобно Харону у древних греков. В.Я.Пропп приводит в пример одну из собранных Афанасьевым русских сказок, где старик-лодочник предупреждал героя об опасностях перевоза через три реки: на одном отсекут правую руку, на другом левую ногу, а на третьем голову снимут. Пропп видит в этом старике «лодочника смерти» 11.

Забота о теле, его скорейшем погребении, являлась для язычника одновременно заботой о душе умершего, так как и после смерти душа остается с телом. Марко, похоже, наследует эту привязанность к телу: его забота сделать хорошую, добротную могилу умершим в святом месте - Киевских пещерах, где похоронены первые русские святые отцы Антоний и Феодосий. Он - лицо, взявшее на себя труд оберегать покой этих святых мест и заботиться о телах умерших. Души же их - в воле Бога. Здесь уже «хотения» Марко недостаточны и история назидания Феофила это подтверждает. Христианское разделение души и тела по смерти меняет отношение не только к душе забота о ее спасении до смерти праведными делами есть залог «радости» после смерти, но и к телу. Оно, оставленное праведной душой,- не страшно: более того, тело сакрализуется - способно творить чудеса. В этом и есть проявление воли Божьей. Сохранившиеся в погребальных обрядах, народных заговорах и пословицах свидетельства боязни мертвеца, страхов перед возможным возвращением умершего (вера в оборотней и пр.) - все это заботы языческого мира. Христианство принесло на Русь иное отношение к мертвому, к его телу и к его душе. Марко и занят освоением этих новых отношений, так сказать, руками, на ощупь и словом, тут же подтвержденным деянием.

Можно предположить, что чудеса, творимые Марко, - «наглядное пособие» по этому новому христианскому освоению смерти и отношению к умершим. Чудеса призваны убедить всех, кто их видит, читает о них или рассказывает, что тела и души, по воле Бога, разъединяются, по воле Бога и соединяются. Марко - блаженный, угодный Богу, через него истины веры и правда передаются другим.

Католические священники Европы, используя «видения», простых людей поучали словом, втолковывая в проповедях с помощью картин, «увиденных» в загробном мире, пользу праведной жизни и вред греховной. Монахи Древней Руси шли иным путем. Их образы - в праведной жизни первых христианских святых. Поэтому, они сами, в своих трудах и молитвах становились участниками, «соисполнителями» Чуда, свидетелями воли Божьей и, чтобы сохранить его, заносили эти свидетельства в книги. Не отправляясь на небеса, оставаясь на родной земле (буквально, заметим себе, ибо все чудеса Марко происходят в подземной пещере), тем самым сакрализуя и эту землю, печерские монахи осваивали новую для своей земли христианскую культуру.

Примечания
  • [1] Памятники литературы Древней Руси: XII век. М., 1980. С. 564.
  • [2] Там же
  • [3] Там же
  • [4] Там же
  • [5] Там же
  • [6] Там же. С. 566
  • [7] Там же.
  • [8] Там же
  • [9] Там же. С. 568
  • [10] См. Гуревич А. Я. Средневековый мир: Культура безмолвствующего большинства. М., С.135-178
  • [11] Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. Л., С.212

Добавить комментарий