Кризис и дом

[35]

Специфическое видение мира как находящегося в кризисе необозримом и непостижимом в своих причинах, лишенного причинно-следственных связей и ценностных ориентиров, «мира децентрированного», предстающего сознанию лишь в виде неупорядоченных фрагментов, свидетельствует о весьма заметных изменениях в общественном сознании: под влиянием некоторых обстоятельств, определенные иллюзии действительно начинают исчезать. Само признание существования кризиса уже является благоприятным признаком и свидетельствует в пользу восстановления в дальнейшем нормальных пропорций в современном миропонимании. Однако, это, одновременно, весьма печальное обстоятельство, так как лишь еще больше усугубляет столь типичные для нашей эпохи проявления неуравновешенности и дисгармонии.

Вследствие последнего, хотелось бы предложить нечто, что в мире дольнем более всего избегало порчи, но, напротив, всякий раз само спасало бы человечество от разрушения. Нам представляется, что такой величайшей интеграционной силой в жизни человека, предающей ему значение и способной его возродить, выступает идея Дома. Речь идет в связи с этим не о сентиментальных предпочтениях, а о выявлении антрополого-онтологической сущности человека и цели его существования, что предполагает осмысление Дома не столько как предпочтительного места жизнеосуществления, но, прежде всего, как способа существования человека.

В отличие от неспокойной жизни во внешнем мире, полному непредсказуемости и случайности, бытие Дома дает возможность глубокой устойчивости и остановки, столь ценностно-значимых [36] в системе жизни человека. Неподвижная суть Дома являлась ценностью. Напротив, гречески-красивое слово «хаос» (нарастание хаотичности ведет к деградации, кризису) может переводиться на русский язык не только как «нестроение», но и резким бытовым «разруха». Вызывает сомнение, что менталитет, принимающий как нечто само собой разумеющееся и даже достойное утверждения подвижные, текучие, легко реактивные субстанции, хаотичность наконец, за динамику трансформаций, в то время как Дом осмысляется в виде косной, репрессивной структуры, может обеспечить преодоление кризиса, особенно если речь идет о человеческом бытии.

Являясь в определенном смысле, оборонительным рубежом, Дом повышает резистентность человека (сопротивляемость кризисам в том числе), дает твердость, необходимую во времена коллапсов и войн, наконец, пространство уединения и расслабления от борьбы с проблемами внешнего мира и силу утвердиться в обществе послекризисном.

Нет смысла отрицать, что полная защищенность в Доме — есть иллюзия и сам Домашний очаг находится под угрозой. Знанием о возможности потери Дома человек обладает. В многочисленных работах, посвященных размышлениям на тему о духовной ситуации времени, характеризуя положение человека в современном мире, отмечается процесс разрушения значения Дома, а современность характеризуется всеобщей беззащитностью, бездомностью, чувством безродности, атмосферой потерянности и духовной дезориентации; Не в последнюю очередь в связи с теорией гендерных отношений феминистского движения конца 1980-х годов, домашнее бытие, оказывается менее значимым, менее престижным и даже депривированным в современном западном обществе. Человек, будучи существом социальным, идентифицирует себя как с частной жизнью, так и с публичной 1. В том случае, если появляются тенденции к преобладанию одной стороны в ущерб другой — возникает проблема. Стремление перевести человека на казарменное положение, превратить его дом в место для ночлега, выставляя жизнь индивида на [37] всеобщее обозрение, когда большая часть жизни проводится у станка, на собраниях, в бараках строек века, — все это превращает одухотворенный мир в безразличную взаимозаменяемость. Среда обитания (обитель), искажается, становится местом общего пользования. Таким образом, всякий раз, когда мир навязывает себя Дому, стараясь подменить его собой и своими проблемами, человек рискует остаться без лично-интимного угла на земле; В социальном плане, проблема бездомности обостряется всегда, когда общество находится на переломном этапе (однако, когда человечество избавлено от войн и революций, экономических крахов и экологических коллапсов, выбивающих людей с насиженных мест, бездомность является признаком житейской несостоятельности); Сам процесс домостроя носит диалектический характер — строительство Дома имманентно предполагает доморазрушение и наоборот.

Во всех этих случаях, самое главное — это не утратить особые доверительные отношения человека с миром и с жизнью. Пожалуй, в случае с Домом, кризис доверия будет являться единственным, способным привести к разрушению идеи Дома как таковой, к утрате стимула к строительству Дома, и уж тем более к новому его отстраиванию. Пока человек не будет испытывать недостатка доверия, он будет строить свой Дом вопреки всем его разрушениям и вопреки знанию о неминуемых будущих разрушениях, ибо в строительстве Дома заключается человеческая задача, осмысленная цель его бытия. Мир представлялся бы бессмысленным, если бы не было тяги человека к обустройству. А домостроительство в концентрированной форме выражает духовно-сакральный смысл традиционного в целом для оседлых обществ, способа осуществления жизни, способа, благодаря которому воспроизводится человеческое самобытие.

Без перспектив же возрождения самой человеческой сущности, которая определена нами через стремление к обретению своего Дома и обустройству — можно ли вообще говорить в дальнейшем о перспективах человечества. Для России в частности, в условиях социальной неустойчивости и трансформации национального сознания, распространение положительного знания о Доме, принципов питающих его и утверждающих составит на наш взгляд важную сторону оздоровления общественной атмосферы. Раскрытие идей домостроительства актуально для формирования и обоснования [38] созидательного отношения к жизни и всему живому на пути преодоления кризиса экологического. Такое жизнестроительство, сообразное с Принципами Дома, актуализирующее отношение к миру как к Дому, в целом соответствует установкам современной социальной экологии, дополняет ее духовным измерением. Экология, в этой связи, может стать такой научной дисциплиной, которая выявляет закономерности радикального оздоровления Дома.

Примечания
  • [1] Таким образом, речь не идет о доме как пространстве, задающем ограничительный предел социальной сущности человека (проект О.Ф. Больнова, например). Очевидно, что, центрируясь исключительно на самом себе, узкой мирок неминуемо деградирует.
    Работа выполнена в рамках проекта, поддержанного Министерством образования РФ, грант № Г00-1.1-97

Добавить комментарий