Российское самодержавие в «Секретных записках» майора Массона

[199]

«Секретные записи о России времени царствования Екатерины II и Павла I» Шарля-Франсуа Филибера Массона де Бламон [Masson C.-F.P. Memoires secrets sur la Russie, sur les regnes de Catherine II, de Paul I. — Р., 1800] во Франции считаются «одним из самых значительных трудов века» [Corbet Ch. A l’ere des nationalismes. L’opinion francais face a l’inconnu russe (1799-1894). Р., 1967. Р.45]. Действительно, Массон своеобразно «задал интонацию» многим французским свидетельствам следующего века. Перекличка с его мемуарами станет достаточно распространенной.

Ш. Массон (1762-1807) родился во Франции, воспитывался в Швейцарии. В 1786 г. он приехал в Петербург, где служил его старший брат. В России Ш. Массон сделал головокружительную карьеру: служил преподавателем артиллерийского и инженерного шляхетского кадетского корпуса, был воспитателем детей кн. Н.И. Салтыкова. Наконец, был определен учителем математики и великим князьям Александру и Константину. В 1795 году стал секретарем в.к. Александра Павловича. В 1795 он женился на дочери барона Розена.

Но в конце 1796 г., после воцарения Павла I, братья Массоны были из России высланы. Семья Ш. Массона осталась в Петербурге и лишь через несколько лет смогли соединиться с ним жена и малолетняя дочь. Во Франции Ш. Массон служил в управлении депортамента Рейн-Мозель.

«Секретные записи» автор написал вконце 1790-х гг., опсле высылки из России, и 1800 г. первые два тома были изданы одновременно в Амстердаме и Париже, третий том появился в 1802 г. Имя автора указано не было. В 1804 г. книга была переиздана в 4-х томах.

В России (в начале XIX в.) Ш. Массона была строжайше запрещена, но вопреки (или — благодаря) этому широко известна. Существовали и рукописные переводы ее. Впервые публикация перевода фрагмента из «Секретных записок» появился в 1870 г. в журнале «Заря», № 10. Позже, в 1916-17 гг., «Голос минувшего», напечатал частичный, но довольно пространный перевод. В В 1918 г. в Москве была издана отдельная книга «Секретных записок». Из переизданий 1990-х годов стоит отметить московское издание 1996 г. с выверенным переводом и снабженное значительным исследовательским аппаратом [Массон Ш. Секретные записи о России. — М., 1996].
[200]

Прежде всего отметим, что автор мемуаров выступает в роли невинной жертвы произвола и самодурства, ибо его ни в чем, собственно, и не обвиняли. Однако, «Не преследовавшие… внушило мне эти заметки, но, может быть, именно негодование придает мне мужество их обнародовать». [Там же. С.16], восклицает автор. И его словам можно верить, труд Ш. Массона, плод долгих размышлений, а не минутной вспышки гнева. Обращен он не к России и не к Франции, здесь звучит обращение к мыслящему человеку, «философу и моралисту» [Там же. С.15].

Центральной фигурой мемуаров становится — конечно — Екатерина II. По долгу службы Ш. Массон видел императрицу несколько раз в неделю. Ее личность, характер он никак не принижает: «она казалось глубоко человечной и великодушной… Все окружающие ее были счастливы… Она правила русскими менее деспотично, нежели самою собой… Капризы, раздражение, мелочность совершенно не были свойственны ее характеру… Ее несомненно любили». [Там же. С.46-47].

Другими красками рисует портрет российской самодержицы. Екатерина II, которая потрясла Европу желанием восстановить греческую империю, утвердить законы, распространить философию, покровительствовала искусствам, после Великой Французской революции в мгновение превратилась в их гонителя. Императрицы вовсе не покровительствовала русской литературе, которая расцвела в царствование Елизаветы. Из тщеславия Екатерина скупала библиотеки, картины, поощряла иностранных писателей, родись гений подле нее — она бы его не заметила и еще меньше поощряла. Легендарный «Наказ» в конце концов стал безделушкой в драгоценном ларце, призванной тешить любопытство иностранцев. Комитет для редактирования законов превратился в пристанище протеже и придворных шутов, которых назначали туда для получения жалования. Многие государственные проекты, рождаясь и восхитив всех, после появления памятной медали, тут же забывались. Тратя огромные средства на фаворитов, императрица пренебрегала, даже построением удобной для народа дорогой из Петербурга в Москву. Жизнь рабов ценится в России не дороже головки чеснока [Там же. С.48-60] «О Екатерина! ослепленный твоим величием… я пожелал воздвигнуть памятник твоей славе. Но потоки крови, пролитые тобой стеклись и ниспровергли его. Лязг цепей тридцати миллионов твоих рабов оглушили меня, судебный произвол и преступления, царствовавшие от твоего имени, привели меня в негодование» [Там же. С.60].

Не Екатерину II обвиняет Ш. Массон, а принцип, душу российского самодержавия, его психологию. Именно этот принцип, произвол, небрежение человеком, продолженные Павлом I и сломали жизнь автора, стали причиной его ранней смерти. Павлу I, «самому уродливому человеку в своей империи» [Там же. С.130], его эксентрике посвящены многие страницы «Секретных записок». Но и для него, своего обидчика, Массон находит добрые слова, сочувствуя его судьбе, отмечает его доброе сердце.
[201]

Не случайно, взойдя на трон, Александр I отказал своему секретарю в возвращении в России. Хотя цесаревич в «Секретные записках» нарисован в самых светлых тонах. На него, внушающего «своей душевной чистотой и телесной красотой чувство, близкое к изумлению», почти осуществившему «тот идеал, который восхищает нас в Телемакс» [Там же. С.107], Ш. Массон возлагает большие надежды.

Одновременно с Вольтером и Дидро, создавшими «русский мираж», почти Эльдорадо, и Руссо, призывавшим уничтожить Россию как самого страшного и порочного врага, Ш. Массон представил Россию реальной страной. Безусловным достоинством «Секретных записок» стала диагностика (психологии) российского самодержавия. Без осознания этой психологи национальное самосознание в России невозможно. Французский исследователь справедливо заметил: «Возможно, именно нам, читателям XX века, предназначены «Мемуары» [Greve C. de. Voyage en Russie. — Р., 1990. Р. 1259]. Достойно оценив оптимизм французского историка, заметим, все-таки, что «Мемуары» адресованы, скорее, к читателям XXI века, и не только русским, но и французским.

Добавить комментарий