Проблема изменения моральных гендерных стереотипов в рамках русской и западной типов культур

Социальный стереотип — важный элемент социального мышления. Среди его функций, делающих необходимым его существование, — закрепление информации об однородных явлениях, фактах, предметах, процессах, людях и т. п., что способствует формированию и одновременно обусловлено единой картиной мира, характерной для данного общества в определенную историческую эпоху; ускорение формирования процесса поведенческой реакции на ситуацию, явление, при оценке людей; участие в создании и закреплении «Я-образа» и т. д.

Моральные стереотипы являются одним из видов социальных стереотипов. Часто моральный стереотип составляет часть социального стереотипа какой-либо группы. Моральные стереотипы, определяющие зависимость поведенческих реакций, оценок, моральных черт и т. д. от пола человека, есть гендерные моральные стереотипы.

Гендерные моральные стереотипы функционируют в рамках определенной культуры и во многом определяются ею.

Русская культура и культура Запада имеют ряд схожих черт (в силу единых исторических процессов, а также по причине единого религиозного поля — христианства, несмотря на все различия между православием, католицизмом и протестантизмом), но, несомненно, и ряд отличительных особенностей. Рассмотрим проблему влияния двух разных типов культур (русской и западной) на формирование и функционирование моральных гендерных стереотипов.

Если все стереотипы разделить на группы, а именно: 1) стереотипы явлений — какое-то явление может протекать, иметь результаты или оцениваться определенным образом; 2) стереотипы ситуации — в определенной ситуации можно и нужно действовать только определенным способом; 3) стереотипы категории людей — определенной социальной группе приписываются определенные черты, то гендерные моральные стереотипы можно будет отнести к третьей группе стереотипов, то есть к стереотипам категории людей. Таким образом, моральные гендерные стереотипы имеют отношение к устойчивым представлениям о группах людей, сформированных по признаку пола, и устойчивым представлениям об особенностях моральных черт, которые связываются с определенными гендерными ролями. Моральные гендерные стереотипы помогают людям ориентироваться в сфере отношений между полами.

Моральные гендерные стереотипы включают в себя:

  1. стереотипы внутреннего морального облика, то есть моральные нормы, принципы и идеалы, которыми должны руководствоваться люди в своей повседневной практике и которые различаются в зависимости от пола человека. От пола также зависит какими нравственными чувствами должен обладать тот или иной человек для того, чтобы отвечать идеалу «настоящего мужчины» и «настоящей женщины»;
  2. стереотипы морального поведения — мужчинам и женщинам приписывается возможность, а часто даже необходимость, поступать по-разному в одних и тех же ситуациях, также существуют стереотипизированные представления о поступках, которые нельзя совершать мужчинам или которые нельзя совершать женщинам.
  3. стереотипы в сфере личных и общественных отношений — существуют стереотипизированные представления о различиях в мужской и женской дружбе, мужской и женской любви и т. д., а также о действиях, через которые эти чувства проявляются.

Отличительной чертой морального стереотипа будет являться то, что любое стереотипное предписание поведения основывается на общем правиле, которое, в свою очередь, имеет основание в более общих положениях (принципах, идеалах), в совокупности составляющих мировоззрение людей, связанное с соответствующими представлениями, характерными для определенной эпохи. Для моральных гендерных стереотипов таким основанием является стереотип маскулинности/фемининности.

Стереотип маскулинности/фемининности формируется в зависимости от культурного контекста. Рассматривая содержание стереотипов маскулинности/ фемининности в контексте разных культур, исследователи пришли к выводу, что многие половые различия объясняются скорее социальными и культурными факторами, нежели биологическими или психологическими характеристиками.

Биологические различия между полами, будучи выраженными в социальном и культурном контексте, могут быть сглажены или, наоборот, расширены последним.

Следовательно, если культурный и религиозный контексты будут отличаться друг от друга, то и сформировавшиеся в рамках данных культур стереотипы маскулинности/фемининности, а следовательно, и моральные гендерные проблемы будут иметь ряд отличий.

Рассмотрим это положение на примере сравнения русской и западной культур.

Общими положениями, оказавшими влияние на формирование стереотипа маскулинности/фемининности (а значит, и на моральные гендерные стереотипы) и в рамках западной, и в рамках русской культур, являются патриархальный тип культуры и христианская религия. Следствием этого явилось то, что двумя вышеназванными факторами было определено починенное положение женщины, непризнание ее полноценной личностью, представление о более низком ее интеллектуальном и моральном уровне.

Различия моральных гендерных стереотипов определяются распространением на Западе протестантизма, с его направленностью на достижение благополучия уже в этом мире, и сохранением в России традиционного православия.

В XIX в. отличие социального контекста русского общества от западного, которое явилось причиной отсутствия в нашей стране борьбы за равноправие женщин в политической сфере, заключалось в следующем: в России еще не сформировалось гражданское общество, а российская ментальность характеризовалась отсутствием правового сознания. Славянофилы, отстаивая самобытность пути развития России, видели в этом даже преимущество России перед Западом. При сравнении западного общества, построенного на праве и договоре граждан как самостоятельных юридических лиц, с российским, которое, как они считали, основывалось на началах взаимного неформального доверия и любви, отсутствие правового самосознания рассматривалось ими как преимущество российского общества перед западным и как доказательство неиспорченности русского человека.

Именно такой тип связи, основанный на любви и доверии, по их мнению, был потенциально заложен в русской культурно-исторической традиции, для которой базисной структурой является патриархальная семья, моделирующая оптимальные отношения между полами и поколениями.

Из-за вышеуказанных причин спор о правах женщин в России из политико-правовой сферы (которая была достаточно развита на Западе и мало развита в России) был перенесен в социальную и философскую сферу. Полемика между славянофилами и западниками-социалистами (поскольку женский вопрос для европейских социалистов был органической частью вопроса социального) привела к двум альтернативным философиям пола, строившимся соответственно в рамках религиозного и секуляризованного мировоззрений.

С этой точки зрения интересна взаимосвязь представлений о предназначении России, сформировавшемся в рамках «русской идеи», и представлением о моральном облике и предназначении женщины.

Отличительные черты России, согласно идеологам русской идеи: коллективизм, соборность, основа которой — любовь, смирение и самоотверженность. Для России характерна «милость к падшим», приоритет моральных оценок над правовыми, стремление руководствоваться не столько правом, сколько «сердцем». С этой точки зрения, для Запада характерна гордыня, приоритет закона, развитость принципа индивидуализма. А так как, согласно самым распространенным гендерным моральным стереотипам, именно для женщины характерны альтруизм, самоотверженность, любовь и милосердие, в то время как для мужчины — индивидуализм, соперничество и эгоизм, то рождается идея о «женской душе» России. Также особое отношение к женщине и ее моральным качествам основывается и на распространенном в России культе Богородицы, в поклонении святым мученицам и блаженным.

Вследствие этого, в России — особое отношение к моральным качествам женщины, и гендерные моральные стереотипы рассматриваются не как препятствия на пути становления равноправия мужчин и женщин, а как признак более тонкой душевной организации женщин и важности обладания этими качествами женщинами, что способствует спасению Россию и следованию ею по своему пути.

Сохранение женщиной семьи, самоотверженность, альтруизм, идея служения рассматриваются многими и сейчас как единственный способ сохранения российской культуры и самобытного образа жизни, как способ воспрепятствовать проникновению «чуждых российскому менталитету» западных феминистских идей.

И хотя на территории России появляются женские организации, собираются библиотеки феминистской литературы, организуются семинары, в ВУЗах начинают создаваться и читаться курсы феминологии, среди диссертационных тем появляются темы в рамках гендерных исследований, возникают центры гендерных исследований, тем не менее феминистские идеи, в том числе и стремление к изменению моральных гендерных стереотипов, не обладают большим влиянием.

Сама проблема зависимости моральных гендерных стереотипов от культуры и религии была поставлена в рамках феминистской философии, одной из целей которой ставится необходимость изучения и изменения существующих гендерных стереотипов.

Феминисты считают, что общество склонно приписывать представлениям о мужском и женском самой природе человека и тогда натурализуются, выступают в некотором «естественном обличии» характеристики, которые на деле присущи лишь определенным временным отрезкам культуры, причем для этих различных стадий спектр интерпретации мужского и женского весьма широк и многообразен.

Традиционная наука часто заменяла представление о поле представлением о роде и, тем самым, некритически вводился целый ряд культурных посылок (таких, как легитимность определенного разделения труда, иерархическая структура общественных связей, абстрактно-технологическое понимание прогресса, философствования и т. п.), которые, как показал феминистский анализ, имели скрытый патриархатный характер. Опора на эти схематизмы помогала, по мнению феминистов, установлению скрытого режима властных отношений в самом сердце традиционного миропонимания, что не могло, в свою очередь, не отразиться на формировании моральных гендерных стереотипов.

Феминисты показали, что, поскольку схемы рационального контроля, приписываемые обществом женщинам и мужчинам, различны в смысле иерархизированности и поскольку базисные схематизмы культуры практически осваиваются в их маскулинистском проявлении, мнимое равенство членов бинарной оппозиции мужского и женского рушится. Становится видно, что женщина представлена в культуре лишь через категорию Другого, то есть ее интересы скорее репрезентированы мужчиной, чем представлены непосредственно сами по себе.

Психоаналитик Ж. Лакан в одном из своих телевизионных интервью сказал: «Женщина не существует», то есть она не существует как законная составляющая мира, ибо она — воплощенное отклонение от [мужской] нормы бытия. Такая ситуация выстраивается культурой не как нечто конкретное и однократное, не как «случившееся событие», а в виде некоторой интегральной части реальности, какого-то «общего места», которое всегда подразумевается. Маскулинистский тип западной культуры предполагает такую матрицу, в соответствии с которой женщине «вменяется» некоторая ущербность именно в силу того, что она женщина. Поэтому она постоянно живет в атмосфере нечестности и унижения со стороны общества.

Таким образом, женщина всегда подвергается определенному типу культурной обработки, и феминисты пытаются проследить, какие социальные институты выполняют эту работу. Их цель состоит в том, чтобы извлечь женскую духовность из сферы замалчивания, они четко осознают, что речь идет о властных отношениях. Рассматривая понятие «род», феминисты исследуют не представленные на фасаде нормы культуры, а замалчиваемые отклонения. Их категории в этом смысле выражают не моменты правильности и регулярности (для чего создаются категории в обычно философском понимании), а совсем иное — сферу «социальных технологий», которая оказывает медленное, но неуклонное воздействие на людей. Когда речь идет о культурном формировании женского и мужского рода, то действуют, по их мнению, не столько смысловые факторы, сколько особые схемы, задающие внутренний режим той или иной культурной структуры.

В этом контексте изменение моральных гендерных стереотипов, по мнению феминистов, должно проводится наряду с изменениями гендерных стереотипов в других областях — в философии, науке, искусстве, религии. В идеале, должен быть «пересмотрен» и изменен основной стереотип маскулинности/фемининности. Результаты этих изменений должны проявиться не только на теоретическом уровне, но и в рамках повседневной жизни. Отсюда пристальное внимание к социологии, юридическим и политическим наукам.

Таким образом, если в рамках западной культуры поднимается проблема феминистской ревизии всех областей жизни человека, в том числе и морали, то в рамках русской культуры наличие патриархатной иерархизированности по отношению к женщине часто рассматривается как признак самобытности культуры. С другой стороны, существовавшее на протяжении всей русской истории уважительное отношение к женщине делает во многом ненужной такого рода ревизию.

Добавить комментарий