Современная цивилизационная революция как источник социальных противоречий

[176]

Вторая половина ХХ века стала эпохой все более интенсивно развертывающейся цивилизационной революции. Этот цивилизационный переход, хотя он, в основном, осуществляется в эволюционных, ненасильственных формах и несет с собой много положительного, все же, как будет показано дальше, чреват возникновением серьезных социальных противоречий, приобретающих порой новый, невиданный ранее характер.

В чем же существо происходящих цивилизационных перемен? Современная цивилизационная революция включает в себя три основные составляющие: информационную революцию, биотехнологическую революцию и интенсивную глобализацию социальной жизни. Цивилизационный переход ведет к возникновению постиндустриальной цивилизации. В процессе информационной революции формируется новый, информационный способ производства. [177] Информация, знания как главный ресурс этого способа производства подрывают стоимостные, товарно-денежные отношения. Теряют смысл понятия необходимого и прибавочного времени, общественно-необходимого, усредненного времени. Степень новационности становится важнее затрат времени и издержек. В процессе обмена знаний, информации «товар» передается другим, не отчуждаясь от «владельца». Формирование информационного способа производства при условии достижения определенного уровня благосостояния сопровождается возникновением постэкономического общества с постматериалистическими ценностями и мотивами деятельности. Труд как вид деятельности, направленный на получение любого рода благ, безотносительно к тому, получает или не получает человек удовольствие от самого процесса работы, сменяется творчеством. Творчество характеризуется самодостаточностью деятельности, где доминируют не материальные стимулы, а развитие личности и где даже становится неважным отчуждение материальных или формализованных результатов творческого процесса.

Биотехнологическая революция (генетическая революция, развитие трансплантологии, прокреативных технологий, геронтологии и т.д.) резко меняет антропологическую ситуацию, ведет к практическому преобразованию человеческой телесности. Успехи технологии имеют следствием гигантский прогресс в диагностировании и лечении наследственных болезней, в оздоровлении населения, в увеличении продолжительности жизни, способствуют усилению контроля над рождаемостью.

Глобализация социальной жизни резко интенсифицирует технологические, экономические, культурные, информационные взаимодействия индивидов, стран, народов, регионов.

Какие же социальные проблемы порождает цивилизационная революция? Цивилизационный переход ведет к глубоким диспропорциям в положении, возможностях развития различных классов, социальных слоев и групп, различных регионов и стран. С другой стороны, порождаются импульсы, мотивы, нередко лишь искусственно формируемые, к преодолению этих диспропорций и дисбалансов, что делает ситуацию исключительно напряженной. Как отмечает В.Л. Иноземцев, формирующийся постиндустриализм отнюдь не становится царством равенства. В постиндустриальных странах «постматериалистам», носителям и производителям знаний, [178] имеющим огромные преимущества в уровне образования, противостоит часть населения, которая сосредоточена на конкретной борьбе за удовлетворение своих материальных потребностей. Скрытые механизмы постиндустриального общества работают так, что в пользу «постматериалистов», как бы они не стояли выше материальных проблем, перераспределяется большая часть общественного богатства. Достаточно сказать, что на Западе с середины 70-х годов зарплата рабочих средней квалификации фактически не увеличивалась, а доходы квалифицированного информационного труда значительно выросли. И уж совсем зловещим является разрыв между благосостоянием постиндустриальных наций и остальным миром. Наиболее состоятельная пятая часть населения мира присваивает теперь в 61 раз больше богатства, нежели низшая пятая часть. Характерно, что соответствующий показатель для 60-х годов был вполовину меньше и составлял не 61, а 30 1. Таким образом, поляризация социальных сил порождается даже внутри постиндустриальных стран, а применительно к миру в целом эта поляризация становится опасной.

Успехи глобализации — развитие информационного взаимодействия, торговли, рекламы и т.д. — порождают «демонстрационный эффект», т.е. рост потребностей населения бедных стран, значительно превышающих возможности их удовлетворения, что вызывает усиление социальной напряженности в мире, увеличивает потоки миграции со становящейся все более перенаселенной периферии в постиндустриальные центры цивилизации. Последнее обстоятельство диверсифицирует постиндустриальные общества в социальном и также в расовом отношении, порождая в них слои «новых бедных» и обостряя социальные противоречия. Действует и политический «демонстрационный эффект», интенсифицирующий политическую активность в развивающихся странах на почве дискредитации глобальными массмедиа тех или иных национальных политических режимов, посредством рекламы «прелестей» свободы и демократии, муссирования глобальными либеральными силами проблемы прав человека.

Источник тяжелого положения людей часто не понятен им самим. Глобализация, как показал М. Кастельс, делает всех — [179] и рабочих и предпринимателей — зависимыми от глобальных метасетей некоего незримого царства планетарного капитала. Поэтому социальный протест часто принимает странные, по существу безадресные формы, например, в виде демонстраций против глобализации экономики, против Мирового Валютного Фонда и Всемирного Банка и т.д. 2.

Издержки биотехнологической революции порождают новый тип социальной активности, новые движения, которые можно назвать антропологическими движениями. Это движения против манипулирования биологической природой человека — против абортов, клонирования, против ввоза продуктов, полученных методами генной инженерии, против использования человеческих органов для трансплантации, против легализации эвтаназии и т.д.

Социальная напряженность и социальные потрясения порождаются и таким глобальными явлением как интенсивное взаимодействие цивилизаций, их столкновение. В технологически и экономически отсталых странах с традиционалистскими структурами социальной жизни существующие дисбалансы между технологией, социо-экономико-политическими отношениями и ментально-культурными блоками социальности усиливаются тем, что на эти страны обрушиваются прежде всего научно-технологические достижения технологически развитого мира, а новые политико-экономические отношения и новые духовные ценности внедряются гораздо медленнее. Столкновение цивилизаций увеличивает раскол общества в развивающихся странах, обостряет противоречие между силами модернизации и традиционализма. Наряду с активизацией сил модернизации возникает сильная реакция отторжения новшеств со стороны фундаменталистских сил, которые, однако, используют достижения западной военной технологии и информационной техники для обороны от «вестоксикации». Информационные и военные технологии, будучи поставлены на службу фундаменталистских политических и религиозных сил, авторитарных режимов, даже могут усиливать эти силы. При взаимодействии принципиально разных цивилизаций даже самые гуманные формы помощи отсталым странам могут вызвать социальную напряженность. Так, проникновение [180] даже элементарных достижений медицины в «третий мир» вызвало резкое возрастание средней продолжительности жизни, демографический взрыв, скопление огромных масс людей в гигантских городах, где сами скученность и бедность чреваты социальными взрывами.

Кроме того, в результате встречи цивилизаций в условиях глобализации распространяются не только позитивные блага и ценности, но и социально деструктивные виды поведения, преступность, терроризм, облекаемые в форму экзотики отсталые формы сознания и т.п.

Важным аспектом глобализации является обострение других глобальных проблем — экологической, энергетической, проблемы истощения ресурсов, эпидемий и т.д. Усиливаются противоречия между правящими элитами и населением как в связи с пассивностью правящих структур в отношении решения названных проблем, так и в связи с нежеланием корпораций, промышленных структур и тех или иных социальных сил поддерживать правительства в практическом решении этих проблем.

Переход к новой цивилизации обостряет всю гамму противоречий между индустриалистами и постиндустриалистами, между лоббистами атомных станций, индустриальных производств, химических пестицидов, экологически грязных компаний, сторонниками бензинового автомобилизма, потребительских ориентаций, с одной стороны, и экологами, борцами за альтернативную энергетику, за новый образ жизни, за постматериалистические ценности, с другой.

Примечания
  • [1] См.: Трансформации в современной цивилизации: постиндустриальное и постэкономическое общество. Вопросы философии. 2000. № 1.
  • [2] См.: Кастельс М. Становление общества сетевых структур / Новая постиндустриальная волна на Западе. М., 1999.

Добавить комментарий