Об основном противоречии духовного развития этноса

Духовное развитие осуществляется как результат единства и борьбы традиционной и новационной культуры. Мерой их соотношения определяется гармоничность этого развития. Само возникновение, развитие, исчезновение этноса зависит от того, какие традиции сохраняются, какие видоизменяются, какие предаются забвению в процессе исторического развития. Традиции — это своего рода социальный ген, определяющий духовный облик того или иного этноса. А в свою очередь новации — это своеобразный социальный катализатор, способствующий ускоренному развитию, видоизменению и полному перерождению этноса.

Исторический опыт развития этносов свидетельствует о том, что духовные инновации требуют исключительной осторожности в практическом их использовании, ибо каждый этнос характеризуется своим исторически выработанным генетическим кодом природосообразности, социосообразности, богосообразности. Превышение меры инноваций приводит к ускоренному разрушению целостности, синкретичности, гармоничности сложившегося стереотипа поведения, характеризующегося особым ритмом функционирования и развития. Поэтому столкновение культур — это грандиозная историческая трагедия, в которой гибнут одни этносы, перерождаются другие и рождаются третьи. Причем, военная победа далеко не всегда обеспечивает сохранность этноса. К примеру, завоеватели Северного Китая — воинственные хунны после захвата обширных территорий смешались с многочисленными китайцами и перестали существовать как этнос.

Столкновение и взаимодействие древних или возникших в более позднее время культурных традиций — это непрекращающийся этногенный процесс, в котором более выгодное положение исторически принадлежит химерным образованиям. Благодаря своим чрезмерным новационным устремлениям, мессиански-репрессивным установкам по отношению к носителям наиболее древних традиций они захватывают чрезмерно большие духовные пространства, обостряя больной вопрос этногенеза: что лучше — медленное развитие народа на собственной этнокультурной основе, сохраняя гармоничность отношений человек-природа, человек-человек, человек-социум или ускоренное развитие, отчуждая человека от природы, от других людей, от общества, от предыдущих поколений, от выработанной ими подлинной культуры и в конечном счете отчуждая человека от самого себя?

Чрезмерное увлечение новациями размывает предохранительный принцип «не навреди» и более того, лишает его самоценности и всякого уважения к самодостаточной культуре.

Консервативность подлинной (выросшей на собственной основе) самодостаточной культуры связана с глубинными процессами в подсознании человека. Этим объясняется устойчивость основных стереотипов поведения, повторяющихся из поколения в поколение. Разрушительное вторжение инноваций в святая святых — комплекс социо-духовных стереотипов оставляет в сокровищнице социального характера этноса химерически-эклектическую мешанину агрессивности, деструктивности. Нетерпимости и в то же время закладывает код подражательности и дальнейшего перерождения.

Ввиду консервативной устойчивости подлинной культуры временное измерение процесса разрушительного внедрения новаций в духовную сферу оказывается весьма значительным, поэтому новационная репрессивность становится своего рода чертой характера того или иного этноса. Привычка силового решения духовных вопросов неизбежно приводит к сращиванию духовной сферы с политической и в конечном счете к полному подчинению ей. Сила духа данного этноса оскудевает вследствие вытеснения силы веры верой в силу. Данное обстоятельство оказывает негативное воздействие на стабильность социального развития, ибо социальные противоречия разрешаются в данных условиях в духе новационной ментальности — революционно.

Логическим следствием прерывания саморазвития самодостаточной культуры становится конструирование духовно-социальных отношений. Утопическое мышление и утопическая реальность неизбежно вторгаются во все сферы общественных отношений. Одна утопия сменяется другой, жизненность которой зависит от идеологических подпорок. Идеологические иллюзии принимают на себя роль гаранта стабильного развития общества. Человек мыслящий — продукт новационной ментальности — сам становится здесь неудобным. Гонения, репрессии инакомыслящих здесь отнюдь не исключение, а неизбежное, закономерное правило.

Идеолого-политическое господство над духовным развитием человека утопической реальности способствует формированию соответствующей ментальности. В подсознании человека возникает новый информационный пласт, управляющей его поведением, но уникальная способность подсознания — безграничная информационная вместимость — обеспечивает сохранность данных о предыдущих ступенях духовного развития этноса.

В качестве хранителя духовной сокровищницы этноса в первую очередь выступает деревня. Не случайно она подвергается постоянным нападкам со стороны лиц с ярко выраженной новационной ментальностью.

Другим субьекто-хранителем этнической культуры является каждый человек. Сосредоточенное его внимание к музыке (особенно к народной), литературе, живописи, истории, к этнической культуре неизбежно провоцирует вдохновенное «всплывание» информации из самых глубоких пластов человеческого подсознания.

Возрождение подлинной духовной культуры этноса, жизненных оснований этнического духа — это не утопия (утопия — это конструирование социальных отношений, предав забвению принцип преемственности), а самая что ни на есть живая реальность сегодняшнего дня.

Практическое воплощение идеи возрождения деревни как института традиционной культуры означает, во-первых, сохранение деревни как института традиционной культуры, во-вторых, использование институтов, претендующих на звание носителей этнической духовности (прежде всего церкви) в качестве распространителей народной песни, в целом народного искусства, этнографического материала, фольклора, а также творчества, проверенного временем классиков музыки, литературы, искусства.

Добавить комментарий