Что бы мог сказать Гегель о проблемах глобализации?

[86]

В названии этих тезисов используется частица «бы», используется сослагательное наклонение. Все содержание тезисов также надо рассматривать в этом наклонении. То, что здесь написано, могло быть, т. е. написанное, следует надеяться, не противоречит гегелевским текстам и не более того. Истолкование всегда вероятностно, а особенно в том случае, когда идеи мыслителей прошлого используются для анализа современности. Тем самым данные тезисы предоставляют материал только для размышлений, но не для выводов.

Работы Гегеля позволяют взглянуть на процессы глобализации с нескольких сторон. Прежде всего, следует сравнить гегелевские понятия всемирно-исторического духа и всемирной истории с современными представлениями о глобализации. Затем, можно проанализировать, как понятия гражданского общества и государства у Гегеля могут быть интерпретированы с точки зрения их возможной глобализации. И, наконец, попытаться увидеть в гегелевском взгляде на этапы всемирной истории что-то аналогичное тому, что происходит в наше время в масштабе всей нашей планеты.
[87]

Анализируя гегелевские понятия всемирно-исторического духа и всемирной истории, прежде всего надо сказать, что дух лежит в основе истории. В «Философии истории» отмечено: «…всемирная история есть вообще проявление духа во времени, подобно тому, как идея, как природа, проявляется в пространстве» 1. Отсюда следует, что сначала надо рассмотреть понятие духа у Гегеля. В отличие от идеи дух всегда конкретен. Он есть, если он существует для себя и тем самым он свободен. Реально он существует как конкретный осознающий себя человеческий индивид. Такой индивид разумен, так как он соединяет для себя сознание и самосознание. Но самосознание он может иметь лишь через понимание своего отношения к другим разумным индивидам. Его самосознание не может не иметь социального характера. При этом имеются различные уровни этого общественного самосознания. Внутри общины могут осознаваться отношения достаточные «для удовлетворения потребностей данной минуты». Принципиально более высоким является уровень общественного самосознания характерный для государств. В этом случае осознается дух народа, его культурно-историческая общность. Народ представляет собой целостное, органическое, довлеющее себе единство людей.

В принципе, в себе все люди разумны, соответственно по форме могут быть свободны. Но свобода может стать действительной только при наличии определенных условий и определенной деятельности. Каждый народ имеет свой особенный дух, но не каждый его осознает. Народы себя осознают если имеются соответствующие условия. Народный дух осознает себя в религии, искусстве, системе права, политике, философии. Государство является организацией определенного народа, объективированным выражением своеобразия народного духа.

По Гегелю, всемирно-историческое заключается не в величине пространственного охвата, а в характере духовности того или иного народа. Он пишет: «…всемирная история совершается в духовной сфере» 2. Развитие человеческого духа имеет цель — этой целью является действительность понятия свободы. Определенный народ получает всемирно-историческое значение в том случае, если [88] он в своей действительности реализует необходимую в определенное время ступень развития свободы. Таким образом, разумная цель определяет целостность всемирно-исторического процесса реализуемого различными народами. При этом в «Философии истории» отмечено: «Свобода состоит лишь в том, чтобы знать и иметь в виду такие общие субстанциональные предметы, как право и закон, и создать соответствующую им действительность — государство» 3.

Сегодняшние процессы глобализации, напротив, затрагивают, прежде всего, сферу материального производства. В одной из резюмирующих работ отмечается: «Преобразования последних лет принимают неодинаковые формы в разных странах, но намечается, по крайней мере, шесть тенденций, определяющих процесс институциональных изменений: распространение либеральной демократии; преобладание рыночных сил в экономике; интеграция в мировой экономике; трансформация средств производства и рынка рабочей силы; быстрота технологического обновления; революция средств массовой информации и засилие идеологии потребительства» 4.

Следует отметить, что приведение в движение и агрегация очень разнородных элементов, ради реализации принципа полезности реально существующего в виде потребительской культуры имеет негативные духовные последствия. Об этом пишут сами теоретики глобализации. Так Ф. Фукуяма отмечает: «Подъем религиозного фундаментализма за последние годы в христианской, иудейской и мусульманской традициях широко известен. Некоторые считают, что возрождение религии определенным образом свидетельствует о широком недовольстве обезличиванием и духовной опустошенностью либеральных потребительских обществ. Однако, хотя внутренняя пустота либерализма, несомненно, является недостатком идеологии … нет необходимости прибегать к перспективе, которую дает религия,– из этого следует, что ее можно исправить политическими средствами» 5.
[89]

Возвращаясь к столь чтимому Ф. Фукуямой Гегелю, надо сказать, что он в «Феноменологии духа» показал переход от принципа полезности к осознанию индивидуумами своей абсолютной свободы, которая в свою очередь ведет к террору, особенно если субъект такой свободы не включен в отношения гражданского общества. В упомянутой работе приводится такая характеристика террора во времена Великой Французской революции: «Единственное произведение и действие всеобщей свободы есть поэтому смерть, и притом смерть, у которой нет никакого внутреннего объема и наполнения; ибо то, что подвергается негации, есть ненаполненная точка абсолютно свободной самости; эта смерть, следовательно, есть самая холодная, самая пошлая смерть, имеющая значение не больше, чем если разрубить кочан капусты или проглотить глоток воды» 6.

Под политическими средствами преодоления духовной опустошенности Ф. Фукуяма, видимо подразумевает создание «универсального гомогенного государства». При этом он ссылается на А. Кожева, который так же апеллирует к Гегелю. Надо сказать, что Гегель был очень далек от кантовско-фихтевской концепции идеального государства. Такое государство перестает быть государством в собственном смысле слова. С его точки зрения государство порождается осознающим себя определенным народным духом. Оно всегда имеет характер особенности, а не всеобщности. На этой идее основано и его понимание внешнего государственного права. Думается, что гегелевские мысли на этот счет не лишены интереса и сегодня. Он пишет: «Нет претора над государствами; существуют в лучшем случае лишь третейские судьи и посредники между ними, да и те существуют лишь случайно, т. е. согласно особенной воле. Кантовское представление о вечном мире, поддерживаемом союзом государств, который улаживает всякий спор и, в качестве признаваемой каждым отдельным государством власти, устраняет всякие недоразумения и этим делает невозможным решение их посредством войны, — это представление предполагает согласие государств, которое исходило бы из религиозных, моральных и каких бы то ни было других оснований и соображений, вообще исходило бы всегда от особенной суверенной воли и благодаря этому оставалось бы [90] случайностью. Спор между государствами, поскольку особенные воли не приходят к согласию, может быть решен лишь войной» 7.

То, что Ф. Фукуяма называет «универсальным гомогенным государством» представляет собой, скорее, глобальное гражданское общество, основанное на системе потребностей, а не на национальной идее. Патриотизм может присутствовать и в сознании развитых потребительских сообществ, стоящих во главе процессов глобализации, но лишь до тех пор, пока они имеют явных оппонентов в лице других государств. Гегель показывает, как самый высокий патриотизм переходит в свою противоположность на примере духовных трансформаций происходивших в Римской империи, которая проводила политику «глобализации» в Средиземноморье. Обитатели римского Капитолийского холма сначала были большими патриотами. «Но, — как отмечает Гегель, — после того, как патриотизм — господствующее стремление Рима — был удовлетворен, в римском государстве тотчас же обнаружилась массовая испорченность… С этих пор внутренняя противоположность Рима вновь проявляется в иной форме… в форме борьбы частных интересов против патриотизма 8…». Тем самым внутренние духовные противоречия привели к падению мощнейшее европейское государство того времени.

Общий вывод, вытекающий из ранее изложенного может состоять в следующим: гегелевский анализ духа во всемирной истории следует использовать поскольку он заставляет обратить пристальное внимание на глубинные духовные процессы, происходящие в мире, позволяет понять первостепенную важность духовной составляющей глобализации.

Примечания
  • [1] Гегель Г. Философия истории М.-Л., Соцэкгиз. 1935. С. 69.
  • [2] Там же. С. 16.
  • [3] Там же. С. 57.
  • [4] Тревоги мира. Социальные последствия глобализации мировых процессов. ЮНРИСД. Женева, 1995, С. 19-11. Цит. по Хозин Г.С. Глобализация международных отношений: объективная тенденция или стратегия США // США. Канада. Экономика. Политика. Культура. 2000. №1. С. 70.
  • [5] Фукуяма Ф. Конец истории? // США. Экономика. Политика. Идеология. 1990, №5, С.50.
  • [6] Гегель Г. Феноменология духа // Гегель Г. Соч. В 14 т. Т. 4, М., 1959. С. 318.
  • [7] Гегель Г. Философия права // Гегель Г. Соч. В 14 т. Т. 7, М.-Л., 1934. С. 351.
  • [8] Гегель Г. Философия истории. С. 290.

Добавить комментарий