Смена парадигмы в социальной философии как источник освобождения личностного сознания

Источником духовного обновления России может служить приобщение ее к мировым достижениям общественной науки, имеющей в качестве своего предмета коллективное и индивидуальное сознание. Среди таких достижений современной социальной философии — переоценка детерминирующей роли общества по отношению к личности, борьба понятий «общество» и «человек» за статус детерминирующего начала.

Конкуренция понятий «общество» и «человек» за приоритет в ценностной структуре массового сознания отнюдь не нова: эти ценности с переменным успехом сменяли друг друга на протяжении веков — со времен первой волны эллинизма (когда впервые был поставлен вопрос о возможности подобной борьбы) и до настоящего времени (когда констатация смены приоритетов в отношении этих двух понятий стала банальностью).

Но в социальной философии, размышляющей о коллективном сознании, вплоть до последнего времени безусловная детерминация обществом человека не подвергалась сомнению. Уверенность науки в том, что целое больше, чем сумма его частей, что общество не редуцируется к совокупности индивидуальных воль, была незыблемой. Субъект социальной системы был полностью детерминирован ее структурой. Все без исключения социологи, даже находящиеся на полюсе крайнего номинализма и априорно допускающие не первичность общества, как Дюркгейм, а наоборот, как Вебер и Блумер — конституирующую роль взаимодействия индивидов, признают, что индивид не может выйти в своей мыслительной деятельности за рамки ментальных структур, предписанных ему обществом. Личность является жертвой социальной необходимости, не способной осознать свою роль в игре слепых социальных процессов и обусловленной потребностями социальной структуры. Действия отдельного человека создают рисунок, превосходящий его способности понимать.

Теории, идущие вразрез с этой парадигмой, обязаны своим существованием постмодернистским установкам социологии и социальной философии, акцентирующим внимание на влиянии рыночной экономики и на символическом интеракционизме. Принуждение, как главный механизм социализации и источник противоречия между личностью и обществом, хорошо замаскировано видимостью добровольного рационального выбора в системе рыночной экономики. Отношения субординации можно рассматривать в терминах логики расчета и оптимального выбора. В условиях экономического принуждения особую роль приобретает власть убеждения. Экономическое поле стремиться навязать свою структуру идеологическому: власть в обществе отныне мыслится как обладание символическим капиталом, прежде всего как власть над словом.

Как только наука делает это открытие, яснее становится механизм детерминации обществом сознания индивида. Он предстает как процесс сознательной манипуляции сознанием, осуществляемый заинтересованными субъектами социального действия — не группами, а личностями, заставляющими поверить в личных интересах в существование групп, сделать себя носителями их мифических интересов и иногда даже вызывать к жизни эти группы определенными манипуляциями. Согласно этой концепции, классы создал Маркс, политизация классов — чисто современное явление, обязанное своим существованием ему. Представление правительства о своей власти создает наличие или отсутствие классов. Если граждане не верят в классы, то классы и в самом деле исчезают, раз они определяются осознанным противопоставлением групп внутри социума. Социальная борьба переместилась на уровень представлений, а осознавшей это личности не трудно выйти за пределы категорий, навязанных ей социальной системой, и осуществлять обратное детерминирующее воздействие, стать манипулятором, конструирующим социальную реальность в личных интересах. Если раньше признавалось наличие объективных сил, соотношение которых стремится воспроизвести себя в соотношении символических сил, то теперь реальностью становится только борьба за навязывание представлений. Общественный деятель признает себя подсудным только общественному мнению, но оно — только продукт его манипуляций. Он творец социальной реальности в буквальном смысле: он эманирует из чистого разума классы и с помощью идеологического механизма социальной мобилизации действительно вызывает их к жизни. Человек возобладал над обществом также и в теории, что знаменует смену социологической парадигмы.

Использование методов постмодернистской социологии, социальной и политической философии, вскрывающих механизм мобилизации различных социальных сил, механизм осуществления самоидентификации различных групп населения с субъектами социального и политического действия (классами, партиями, ассоциациями, заинтересованными группами), а также механизм самоидентификации различных политических лидеров, претендующих на роль выразителей интересов социальных групп, которые они хотели бы мобилизовать, может дать чрезвычайно интересные результаты не только с академической, но и с сугубо практической точки зрения. Возможно создание научно-исследовательского проекта, который на основе использования методов постмодернистской социологии, позволяющих за приемами политического маркетинга видеть реальный мобилизационный потенциал всех претендентов на роль субъектов политического действия, дает ясную картину взаимодействия элит различных полей влияния, возможность долгосрочного политического прогноза, в рамках, например, властных структур отдельно взятого города. Но основе выводов этого исследования можно разработать для заказчика проекта рекомендации для увеличения влияния как на властные структуры, так и на потенциальных избирателей, поднять информацию о спектре наиболее вероятных путей политического процесса до уровня математизации риска, присущего точным наукам. Такая тенденция развития политической науки не может не стать стабилизирующим фактором политической жизни России.

Добавить комментарий