Искусство, наука, философия в синергетическом ракурсе

[156]

1. Искусство создает «вечные ценности» «сразу», которые, по существу, остаются в своем фактическом существовании неизменными, «закосневают» в конкретности. На уровне восприятия они для каждого поколения всегда являются новыми, возникающими. Они «творятся» в каждый миг истории, находясь тем самым «вне нее», или «над ней». Наука, отрыв закон, также переносит его в разряд «вечных». Но длительность вечности определяется моментом смены парадигмы (по Т. Куну). Тем самым, ее достижения находятся также вне вечности истории, если не отождествлять ее с архивом.

2. Упорядочение искусства идет post factum, задним числом, и, в сущности, для искусства, как такового, для его развития не является необходимым.

Для науки упорядочение рассуждений предшествует появлению закона — порядка. Для функционирования науки определяющим является именно эволюция самого порядка рассуждений (логики, исходных аксиом, интуитивных прозрений), чем собственно законы — следствия, результаты этих рассуждений. Изменение процедуры рассуждений меняет и сами законы. Т. о. различие между наукой и искусством не в различии результатов их деятельности — актуализации тех или иных упорядоченных полей знаковых структур (произведений искусств, закономерностей и т.д.), а в использовании различных структур — процедур их создания. Философия занимает промежуточное положение между искусством и наукой. Наука и философия исходят из неуверенности рационального толкования вида, необходимости и неизбежности его пересмотра. Искусство исходит из уверенности в окончательности каждого своего творения, в уникальности и вечности его бытия.

3. И в науке, и в искусстве возврат к «истокам» часто определяет возможности создания нового. Глубина обращения в науке значительно меньше, чем в искусстве (философии). Для науки ее развитие определяется глубиной создания действующей в настоящее время процедуры рассуждений (и парадигмы, их включающей). Предыдущий этап развития опосредует существующая в последующее время процедура («логика науки»).

В искусстве обращаются к предмету искусства, созданному в любой промежуток времени, к которому применяют созданные после возникновения этого предмета процедуры рассуждений. Причем, глубина этих процедур может иметь любую протяженность, в том числе и ранее времени создания данного предмета. Философия и здесь занимает промежуточную позицию. Отсюда, ощущение искусства как вневременного явления, уместного в любой момент истории. В науке факт — предмет (закон) имеет преходящее значение, играющее роль только в данный период времени.
[157]

Т. о. наука слабо связана со своим «истоками», являясь «сиюминутно» историческим явлением. Искусство, простираясь на всю глубину своей истории, становится внеисторическим.

4. Наука оперирует предельными понятиями и отношениями.

5. Философия с самых своих истоков ставит и решает вопросы бытия, но до сих пор находится в исходной точке. Даже формулировка поставленных проблем не изменилась. Изменилась лишь изощренность их представления и толкования. Философские положения древних греков в настоящее время столь же актуальны, как и ранее. Они представляют не научные парадигмы, но разновидность творчества типа искусства, которое также основывает себя на вневременных ценностях. Философия, тем самым, смыкается с разновидностью художественного творчества, но со специфическим набором тем: смысл, цель жизни, сущее, и специфическими техническими средствами — словом, используемым в формах логики, метафоры и эмоционального переживания. Подобно как живопись использует краски, перспективные построения, пропорции и т.д. Философия, как и искусство, сама создает свои «факты», которые и являются предметом дальнейшего исследования. Причем, всегда принципиальна роль творца данного направления философии, так же как и художника. Им можно подражать, им следовать, разрабатывать их приемы, но их нельзя заменить ни другим, ни корпорацией сторонников. Творец — создатель философии всегда индивидуален, в отличие от науки.

6. Философия исходит из принципиальности нечетких понятий. Понятия Бога, идеи, свободы нельзя однозначно и логически непротиворечиво определить даже в предельном случае. Предельные значения понятий переходят или предполагают возможность перехода в свою противоположность, ибо сама процедура предельного перехода исходит из возможности существования предельной точки (границы), отделяющей два различных качества. Отсюда: предельная абсолютная свобода существовать не может, обращаясь в абсолютную несвободу для всех. Абсолютность Бога предполагает абсолютность его отрицания.

7. Любое философское понятие является элементом нечеткого множества смыслов. Сам метод введения понятий есть способ ограничения, выделения этого множества смыслов. Отсюда, установление «подлинного смысла» понятия является прерогативой конкретного исследователя, который выделяет свое «личное» подмножество этого понятия, образуя тем самым, персональное понятийное поле (например, Платона, Гераклита, Канта, Гегеля, Хайдеггера и т.д.). Набор исходных понятийных множеств, по существу, остается неизменным на протяжении всей истории человечества. Меняется лишь отношение (описание) к этим множествам.

Поэтому проблема поиска «истины» в философии поставлена некорректно. Ее в философии не может быть принципиально. Она, если она есть, [158]
лежит за кругом понятийного аппарата философии. Не говоря о том, что сам вопрос о существовании не имеет доказательного существования. Т. е. это — вопрос веры.

8. «Всякое причинное объяснение должно … иметь лишенное причины произвольное начало». (Б. Рассел. Демокрит. История западной философии.).

Таким образом, логическое построение всегда имеет своим исходным пунктом случайное начальное условие. В условиях нелинейного развития событий оно может привести 1) к точке расщепления смыслов, 2) к утрате смысла, 3) к его инверсии. Т. е. привести к логическому противоречию в классическом понимании, к варианту антиномий.

9. Знание — это не эквивалент изучаемого предмета, но получение информации (создание информации) об алгоритме интерпретации его существования и функционирования, а также о возможной технологии его воспроизведения. Чем выше полнота этой информации, тем точнее возможно воспроизведение изучаемого предмета (в рамках готовности к отождествлению), сначала в информационном виде (теории, алгоритме), а затем и в предметном. Возможен промежуточный этап воспроизведения в виртуальном бытие (компьютерное воспроизведение).

Синтетичность суждений определяется не только эмпирическими данными, но и выбором базовой системы для образования понятий, суждений, категорий (парадигмы по Т. Куну). В разных базах суждений «присутствуют» разные факты эмпирики. Т. е. формально данные опыта или изменения в исходной базе образования понятий приводят к неразличимым на уровне мышления выводам. Следовательно: а) изменение опытных данных тождественно изменению базы суждений (на уровне выводов); б) что является причиной (опыт, база суждений) — решает дальнейшие развитие науки (эксперимент), взятое в ретроспективе формирования вывода — следствия (неевклидовы геометрии открыты путем изменения базы аксиом и лишь затем получили опытную интерпретацию; предельный характер скорости света также есть следствие выбранной базы аксиом уравнений Максвелла, Эйнштейн дал новую интерпретацию уравнениям Лоренца путем изменения базы аксиом).

10. При синергетическом подходе принцип самоорганизации снимает оппозицию разделения субъекта и объекта, исходя из первичности обменного потока (мысли) между ними в одновременности их совместного существования. При его отсутствии понятия субъекта и объекта теряют смысл (подобно тому, как нельзя отделить понятия правого — левого). Существование потока организует само понятие «Я» и его существования, существование мысли о его существовании, и ее самой.

11. О специфике социальных наук.

Как правило, они оперируют большими потоками элементов, образующих структурные подмножества. В явном или скрытом контексте они ис- [159]
пользуют при описании движения и взаимодействия потоков гипотезу о допустимости статистического усреднения по отношению к этим элементам. Т. е. для них принципиальным методологическим допущением является абсолютизация «равности» их при функционировании, что, по существу, является предельным случаем идеи «равенства». Теория Т. Парсонса делает акцент на статике социальных структур, «социология знания» — на динамике организации и функционирования стационарных потоков в обществе, марксистская социология — на ключевых моментах изменения качества структур и потоков, их организующих. М. Фуко изучает археологию и генезис условий, подготовляющих и формирующих изменение содержания понятий и типологий мышления.

Чем выше уровень глобальности притязаний теории, тем менее она склонна «замечать» и выделять индивидуальность структурных элементов (человека). В этом отношении, теории Маркса и Хайдеггера находятся на одном уровне по отношению к индивидуальности. В обеих постулируется обобщенная личность, социально и индивидуально «стерильная», лишенная личностного характера и производящая рутинные операции. Различие лишь в направлении развития ее интенции. У Маркса — из внешнего мира во внутренний, и обратное — у Хайдеггера. В феноменологии субъект-наблюдатель формирует сам себя как объект (т. е. выступает в роли самотворящего начала «изнутри»). В классической философии (например, Гегеля) субъект-наблюдатель выносится «вовне», при сохранении инструментализма формирования объекта (т. е. функции творца).

Подобно философии, социальные науки унаследовали значимость роли творца в ее уникальной неповторимости, хотя и в меньшей степени. В сфере практического применения они смыкаются с методологией естественных наук.

12. Философия, как и общественные науки (социология), вынужденно исходит из наличия одновременности существования множественности объяснений действительности, несмотря на претензии каждой из школ этих наук на монопольное положение, т. е. из одновременности признания существования многих «истин». Постмодернизм лишь перевел эту ситуацию в лингвистическую плоскость «многосмыслия» языка.

13. Постмодернизм исходит из того, что:

а) все смыслы равноправны и одновременно существуют;

б) число смыслов заранее неизвестно; оно непрерывно меняется в ходе исследования (аналогичное положение и в естественных науках относительно числа смыслов математической модели; т. е. в этом смысле идет процесс самоорганизации как самого хода исследования, так и соотношения выявляемых смыслов);
[160]

в) особое значение придается не «явленному» смыслу, т. е. традиционно приписываемому данному тексту, «обычному», но скрытому, «неявленному» смыслу; здесь можно видеть традицию мышления, приписывающей сущему «невыявленность», сокровенность скрытого, мудрость — в раскрытии тайной истины;

г) методология поиска сокрытого смысла проективная по существу, облеченная с метафорическую форму — проектируется выбранный смысл на заданный текст и метафорически «обосновывается» возможность и продуктивность их соответствия.

14. Философия в настоящее время является, с одной стороны, своего рода памятником истории человеческого мышления в эволюции его непрерывной самоорганизации, а, с другой стороны, демонстрирует род самодостаточной и замкнутой в себе деятельности, обслуживающий элитарные группы общества. Она все более ориентируется на самоподдержание самое себя, но одновременно продуцирует вовне идеограммы, становящиеся прототипом и эталоном для так называемого общественного сознания (отчасти воспринимая на себя роль эзотерического самосознания эпохи). Тем самым она организует базовую структуру социомифа, иррациональный фактор общества. Рациональная составляющая все более в настоящее время уходит из философии в отраслевое знание с его подчеркнутой рациональностью используемого метода (но не базиса, как замкнутой логической системы).

15. В постмодернизме постоянно отрываемый смысл от текста, его относительное независимое существование, носит характер методологического принципа отчуждения. Отчуждаемый смысл живет самостоятельной жизнью и признается более подлинным, чем исходный текст. Он становится «подлинной реальностью». «Подлинность» человека проверяется соответствием его этому полю смыслов.

Синергетика лишает философию метода последовательного логического анализа рассуждений и методологии предварительного расчленения понятий. Она утверждает, что новое качество — мысль может возникать не только как следствие из предыдущего, но и «не из предыдущего», не имея с последним прямой связи, хотя и из его преобразование — бифуркацию. При этом возможно использование «элементов» прошлого, но находящихся в новом отношении, не связанным с прежним. Новое качество может иметь одновременно множество смыслов, каждый из которых при обычном подходе трактуется как существенно отличный, иной по отношению к своим «собратьям». Новое качество возникает как новое целое, «сразу», а не как «сборка» прежних элементов.

Похожие тексты: 

Добавить комментарий