Этапы становления феноменологии Э. Гуссерля

Эдмунд Гуссерль - немецкий философ, вошедший в историю европейской мысли как основатель нового направления в философии, а именно феноменологии, которая, возникнув в начале XX века, плодотворно развивается и по сей день благодаря усилиям его многочисленных учеников и последователей. Тернистым был философский путь Э. Гуссерля, на котором ему не удалось избежать заблуждений и разочарований. Он изучал математику, физику, философию сначала в Лейпциге, а затем в Берлине у Л. Кронекера и К. Вейерштрасса, проявляя интерес к философским основаниям математической науки. К философии Э. Гуссерль обратился под влиянием Франца Брентано. Лекции Ф. Брентано Э. Гуссерль посещал в Венском университете и впоследствии называл его своим учителем.

Одним из основных источников возникновения феноменологии становится дескриптивная психология Ф. Брентано, в которой с эмпирической точки зрения развиваются весьма оригинальные идеи, проясняющие структуру и деятельность сознания. Ф. Брентано определяет сознание как интенциональное по своей природе, то есть сознание, будучи направленным на какой-либо предмет или объект, его переживает или осознает. Деятельность сознания и проявляется в разнообразии интенциональных переживаний: представлений, суждений, эмоциональных оценок и так далее, а поэтому, утверждает Ф. Брентано, нет беспредметного сознания, как и нет бессознательных переживаний. Согласно мнению Ф. Брентано, мир познаем только как интенционально существующий в сознании субъекта. Однако в своем эмпирическом опыте субъект переживает мир и самого себя в качестве случайных фактических данностей, знание о которых может быть только относительным, следовательно, в его результатах всегда можно усомниться.

Э. Гуссерль не принимает психологизм, характерный для философии Ф. Брентано, и создает феноменологию с целью найти аподиктическое (несомненное) основание познания, в качестве которого он предлагает сначала учение об идеальных сущностях, а затем после критического пересмотра результатов своего исследования выдвигает интерсубъективный опыт трансцендентального субъекта. Первым шагом на пути к абсолютному знанию становится принцип беспредпосылочности, установленный Э. Гуссерлем как методическое устранение предрассудков метафизического, естественнонаучного и психологического характера, исходя из которого познание всякого сущего осуществляется в рамках чувственной и интеллектуальной интуиции, непосредственно дающей саму вещь так, как она себя показывает. В качестве второго шага выступает феноменологическая редукция, представляющая собой переход от эмпирической субъективности к трансцендентальной, которая конституирует реально существующий объективный мир, а также существование в нем других трансцендентальных субъектов. В результате взаимной коммуникации трансцендентальных субъектов формируется интерсубъективный опыт, в рамках которого проясняются смысл и генезис таких понятий как мир, природа, социум, культура, наука, религия и другие.

В становлении феноменологии могут быть выделены два этапа: эйдетический, складывающийся в период написания «Логических исследований» (1900-1901), и трансцендентальный, основные положения которого изложены в «Идеях чистой феноменологии и феноменологической философии» (1913), в «Картезианских размышлениях» (1931) и в других более поздних работах. Идеи поздней концепции феноменологии не отвергают положения ее раннего этапа, а скорее дополняют и уточняют некоторые из них, придавая им трансцендентальный характер. В рамках эйдетического этапа феноменологии через описание многообразных по виду объективирующих актов, различным способом конституирующих интенциональный объект, раскрывается общая структура сознания субъекта. Основной задачей трансцендентального этапа феноменологического исследования становится определение сущностной природы сознания и установление онтологического статуса его коррелятов, то есть объектов.

Принцип интенциональности сознания указывает на то, что между сознанием и предметом существует некое отношение, благодаря которому предмет дан сознанию, причем различными способами. В основании всех способов предметного отношения лежит представление, понимаемое как объективирующий акт, который, согласно Э. Гуссерлю, представляет собой единство интенциональной сущности и имманентного содержания. На основании пережитого содержания, под которым следует понимать чувственные данные ощущений, конституируется интенциональный предмет, то есть в акте переживается содержание, а полагаемый в интенции предмет воспринимается, так как различны имманентное содержание акта и предмет, трансцендентный акту. Однако благодаря интенциональному отношению между содержанием и предметом акта обнаруживается соответствие, а в случае адекватного восприятия - их возможное совпадение. Качество и материя, составляющие интенциональную сущность акта, выявляют разнообразные способы отношения к предмету, при этом качество характеризует интенцию акта как представляющую, судящую, желающую, волящую, оценивающую и так далее, а материя является идеальным смыслом интенции, полагающей что (предмет) и как (аспект предмета, данный в этом акте). Например, при восприятии красной розы предметом является роза, а аспектом - ее красный цвет.

Основными способами предметного отношения выступают созерцание и мышление, то есть интуитивный акт, непосредственно дающий предмет, и сигнитивный акт, предмет которого наглядно не созерцается, а только полагается опосредованно, например, через имя. Опосредованное полагание предмета может быть подтверждено в интуитивном акте, когда предметы созерцания и мышления совпадают, то есть, когда мы, говоря, например, о розе, в то же время непосредственно ее созерцаем или образно представляем. Важно отметить, что в природе созерцания коренится идеальная связь между восприятием и воображением, согласно которой воспринятый предмет может стать предметом возможного образного представления в случае эстетического восприятия, воспоминания или ожидания. Однако не каждый воображаемый предмет может быть воспринятым, так как область воображающих интенций превосходит область воспринимающих.

Познание протекает в двух сферах интенционального сознания: в чувственности постигается индивидуальная сторона предметов, а в сфере рассудка усматривается их сущностная природа, а также сущностные отношения, возможные между ними. Категориальное созерцание непосредственно схватывает универсальные (родовидовые) аспекты того же самого предмета, представленного чувственным созерцанием и выступающего в качестве основания, на котором осуществляется взаимосвязь чувственной и интеллектуальной интуиции, действующих одновременно. Идентичность общего осознается на основе нескольких индивидуальных созерцаний, причем в основании идеирующей абстракции могут находиться различные по характеру акты, воспринимающие и воображающие, полагающие предмет как существующий или же нет, не внося существенных изменений в конституирование общего. Синтетические акты конституируют категориальные объективные формы отношений части и целого, конъюнкции, дизъюнкции и других.

Поиск сущностной природы чистого сознания, а именно такого, как оно есть само по себе, приводит Э. Гуссерля к открытию трансцендентальной феноменологии. Обнаружение поля трансцендентального сознания осуществляется, по мнению Э. Гуссерля, благодаря особой установке сознания, а именно феноменологической, которая возникает в результате изменения естественной установки. Для того чтобы прояснить возможность изменения естественной установки сознания на феноменологическую, следует подробнее описать своеобразие, присущее обычной, естественной установке как определенному способу сознания. Суть установки сознания заключается в том, что в начале теоретического исследования субъект исходит из определенной позиции, которая закладывает основание, формирующее и во многом определяющее отношение между им и объектом. Мир естественной установки предстает как пространственно-временной мир, состоящий из вещей и людей, - следовательно, социальный, исторический, культурный, а также практический мир как мир ценностей. Этот естественный мир простирается перед субъектом как реальная действительность несмотря на то, воспринимает ли он его или нет, предполагает ли что-либо о нем или заблуждается относительно его. Итак, каким же образом осуществляется познание естественного мира в пределах обычной установки сознания?

В сознании субъекта реальная вещь непосредственно дается на основе восприятия как являющийся предмет. Вещь воспринимается «односторонне», в той или иной ориентации, а значит неполно, однако в таком неадекватном восприятии вещь является как обладающая еще другими неопределенными сторонами, свойствами и аспектами, которые могут быть определены в согласованно связанном ряду соответствующих восприятий. В этом отношении, коррелятивно установленном между воспринимаемой вещью и ее восприятием, вещь конституируется как идентичное интенциональное единство, тогда как восприятие вещи переходит в поток непрерывно сменяющих друг друга переживаний, который образует единство согласованно дающего сознания об одной и той же вещи восприятия.

Само переживание сознания тоже может восприниматься, то есть стать интенциональным объектом имманентного, рефлексивно направленного восприятия, тогда восприятие вещи в отличие от восприятия переживания имеет трансцендентную направленность. Трансцендентная вещь конституируется в мотивированных связях многочисленных восприятий. Благодаря неадекватности восприятия эти связи опыта могут изменяться, утрачивая тем самым только что установленные, согласованно урегулированные отношения явлений, посредством которых трансцендентная вещь только и может быть дана сознанию, следовательно, вещь может существовать не так, как она полагается в сознании. При такой возможности изменений трансцендентных полаганий, результаты которых могут быть подвергнуты сомнению, допускается возможность небытия как самой вещи, так всей реальной действительности, которой эта вещь принадлежит. Причем возможность небытия трансцендентного мира следует понимать не как его отрицание, а только относительно сознания, в котором этот мир воспринимается.

Совсем по-другому конституируется в сознании переживание, не способное представляться способом возможного многообразия явлений так или как-нибудь иначе. Переживание, как и все сознание вообще, имманентно дается как абсолютное, в полагаемом таким образом существовании которого невозможно усомниться. Абсолютное сознание, свободное от всего трансцендентного, не содержит в себе психофизическую природу эмпирического сознания, которое через соединение с физическим телом субъекта принадлежит миру естественной установки.

Итак, в сознании конституируются два вида бытия, по-разному относящиеся друг к другу. Несомненное бытие сознания не зависит от реальной действительности и даже не нуждается в ней для своего существования, тогда как бытие трансцендентной реальности является сомнительным и относительным. В различии двух способов бытия возникает возможность изменения естественной установки сознания на феноменологическую, которая, рефлектируя и исключая трансцендентные полагания, обращается к абсолютному сознанию. И если в естественной установке сознания бытие трансцендентного мира, пребывающего за пределами сознания, имеет лишь вероятный характер, то в феноменологической установке мир существует несомненно как интенциональный мир, конституируемый в абсолютном сознании.

Переход от естественной установки сознания к феноменологической осуществляется с помощью феноменологической редукции, которая состоит не в произвольном, а в принципиальном, то есть абсолютно необходимом исключении всего того, что может быть дано в естественной установке. Подобное исключение Э. Гуссерль еще интерпретирует как воздержание от суждения о том, в существовании чего можно усомниться. Феноменологическая редукция осуществляется поэтапно, путем последовательного проведения шагов исключения, по сути своей подобного методу сомнения Р. Декарта, который его использовал, пытаясь, как и Э. Гуссерль, обосновать идею абсолютного познания.

Прежде всего, в феноменологической редукции подвергается исключению весь трансцендентный мир, как физический, так и психофизический, а также все эмпирические науки о природе и о духе, проводящие свои исследования в рамках естественной установки сознания. Так как поле феноменологии ограничивается только сферой абсолютного сознания, феноменологическая редукция распространяется также и на «трансцендентность Бога», которая, замечает Э. Гуссерль, конечно, не такова как трансцендентность реального мира. Кроме того, за пределами феноменологической установки оказываются все трансцендентные сущности, как относящиеся к индивидуальным предметам естественного опыта, следовательно, все положения трансцендентно-эйдетических наук, в том числе и чистой логики, обречены на феноменологическое исключение. Таким образом, окончательно прояснив сущностную природу сознания и его коррелятов, Э. Гуссерль уточняет, что не все эйдетическое знание может быть аподиктическим.

После завершения феноменологической редукции, исключившей область трансцендентного бытия и относящегося к нему познания, открывается сфера имманентного сознания, охватывающая бесконечное поле абсолютных переживаний как поле чистого опыта. Это абсолютное сознание, существующее в себе и для себя, предшествует существованию в мире эмпирического сознания, как и существованию мира относительно сознания, следовательно, может быть названо трансцендентальным, неизменную сущностную структуру которого призвана описать чистая феноменология как эйдетическая наука.

Сфера чистого сознания открывается благодаря осуществлению трансцендентально-феноменологической редукции, в основании которой лежит рефлексия. Предполагая поворот взгляда от осознанного, предметно данного в сознании на сознание об осознанном, следовательно, обращаясь к самому переживанию, переживая его, рефлексия может служить методом для познания сознания. В рефлексивном акте сознание предстает как поле переживаний, каждое из которых имеет два слоя: гилетический, составляющий уровень чувственных данных ощущений, бессмысленных и иррациональных по своей природе, и ноэтический, осмысляющий гилетичиские моменты и интенционально их оформляющий.

Помимо гилетических компонентов возникновению ноэтических моментов также способствует внимание как конститутивный момент интенционального переживания, выступающий на его субъективно ориентированной стороне и тем самым подчеркивающий его отнесенность к субъекту. Выражая свободный или обусловленный характер деятельности субъекта, внимание изменчиво. Модусы актуальности и неактуальности внимания обусловливают модификацию интенциональных переживаний, поэтому любое актуальное переживание легко становится потенциальным и наоборот, а это означает, что каждое актуальное переживание окружено фоном переживаний, которые составляют потенциальное поле для свободных актов субъекта. При этом сам акт (cogito) Э. Гуссерль называет эксплицирующей (выявляющей) интенциональностью с присущим ей бесконечно открытым горизонтом.

Наличие у переживания (или акта) интенциональности указывает на ноэму как интенциональный коррелят переживания, возникающий благодаря интенциональному оформлению гилетических моментов. Смысл, которым наделяются гилетические моменты, становится ноэматическим и вносится в интенциональный предмет в процессе его конституирования. В переживании ноэма присутствует как «имманентная трансцендентность», следовательно, к нему относится и от него зависит. Ноэма как мыслимый в переживании интенциональный предмет есть ни что иное, как данная в сознании и осознаваемая в нем редуцированная реальная вещь, хотя представленная в интенциональном акте не целиком и полностью во всем многообразии присущих ей признаков, особенностей, свойств, а полагаемая только в каком-то одном из своих содержательных аспектов. Через свое содержание (ноэму или cogitatum) акт (ноэза или cogito) направлен на предмет, полагает его в том содержании (ноэматическом смысле), в котором предмет дан в этом акте. Однако содержание одного акта не может охватить весь предмет полностью, поэтому предмет конституируется в неограниченном многообразии актов с определенным, снова и снова иным сущностным содержанием, которые составляют опытное сознание одного и того же интенционального предмета. Роза, например, воспринимается как красная, не белая, благоухающая, с шипами, находящаяся на столе в вазе и так далее.

Итак, предмет сознания имеет ноэматическую структуру, в которую входит, во-первых, ноэматический смысл, образующий ядро ноэмы как совокупность определенных формальных или материальных свойств, обнаруженных у предмета, полагаемого в соответствующем акте, во-вторых, интенциональный предмет, занимающий центральную точку ядра и являющийся его «носителем», а в-третьих, изменчивые тетические характеры, группирующиеся вокруг ядра и вовлекающие ноэму в поток модификаций. Весьма разнообразны виды тетических характеров. Прежде всего, определенный вид тетических характеров выделяет различия в способах данности ноэмы, а именно восприятие и его модификации: воспоминание, ожидание, воображение и чистую фантазию. Обширный класс тетических характеров составляют доксические, полагающие предмет как существующий, у которого достоверность полагания как первоначальная докса может преобразовываться в предположение, сомнение и так далее. Доксические характеры переживания как раз подчеркивают тот самый двоякий гносеологический интерес к предмету, который отмечал еще Аристотель, а именно когда субъект стремится выяснить не только «что есть предмет», но и «есть ли он» вообще. Тетические характеры отрицания и утверждения опровергают или подтверждают доксическую позицию. Всякий модифицированный тетический характер может быть повторно модифицирован за исключением нейтральной модификации, которая при сохранении основного содержания акта нейтрализует его доксический характер, то есть воздерживается от полагания интенционального предмета как существующего.

Сферой более высокого уровня является синтетическое сознание. В качестве основной формы универсального синтеза сознания выступает имманентное время, соединяющее переживания в единый поток, который простирается в трех направлениях. Каждое переживание в темпоральном модусе настоящего имеет горизонт переживаний, одновременно пребываемых в настоящем, последовательно уходящих в прошлое и неизменно выступающих из будущего. Так, в переходе от созерцания переживаний к созерцанию их горизонтов обнаруживается связь переживаний друг с другом, образующая синтетическое единство сознания. Имманентное время оформляет сознание как единство активного и пассивного синтеза, причем активный (политетический синтез конъюнкции, дизъюнкции, импликации и других) осуществляется на основе пассивного (идентифицирующего или ассоциирующего), который предшествует ему и затем вновь его охватывает.

Монотетические и политетические акты осуществляют конституирование как действительно существующего, так и фиктивного интенционального предмета, поэтому полагание сознания нуждается в разумном (подтверждающем или отрицающем) обосновании, истоком для которого служит непосредственно дающий опыт. Различие в способе наполненности интенции переживания выражается в различных типах его очевидности: непосредственной или опосредованной, адекватной или неадекватной. Более высоким достоинством обладает аподиктическая очевидность как не допускающая возможность несуществования аподикически полагаемого предмета, поэтому в трансцендентальном опыте сознания очевидность может быть как адекватной, так и неадекватной, но она с необходимостью должна быть аподиктической.

Интенциональное переживание не может полагать предмет во всей его полноте, но актуальное переживание имеет горизонт потенциальных переживаний как новых способов сознания. Каждому из этих способов соответствуют синтетические процессы, основополагающей формой которых является идентификация полагаемого предмета. Адекватная данность предмета может быть представлена в виде регулятивной идеи, пребывающей в сфере возможного опыта сознания и приписывающей предмету действительного опыта априорные нормативные правила для достижения адекватной непосредственной данности в сознании.

Конституирование реальной вещи осуществляется по синтетически единым ступеням и слоям, последовательно фундирующим друг друга: во-первых, как res temporalis, обладающая свойством длительности, во-вторых, как res extensa, имеющая протяженный и подвижный характер, в-третьих, как res materialis, представляющая собой субстанциональное единство, которое вступает в неисчислимо разнообразные каузальные или функциональные связи и, наконец, в-четвертых, как res intersubjekta, выступающая в качестве конститутивного единства более высокого порядка, которое относится к интерсубъективному миру, совместно конституированному открытым сообществом субъектов, также вовлеченных в этот мир. Благодаря закономерно согласованным связям сознания раскрываются горизонты действительного и возможного опыта, в которых мир осознается как интенциональное единство, неотделимое от сознания, a priori конституирующего его.

Полученный в результате осуществления последовательных шагов феноменологической редукции трансцендентальный субъект, непосредственно данный себе как существующий в непрерывной аподиктической очевидности, становится тем основанием, на котором может быть получено абсолютное знание, не допускающее никаких сомнений. Субъект как таковой находится в соотношении с интенциональными объектами, конституируя которые, он конституирует одновременно себя самого как тождественный полюс неизменных и устойчивых особенностей и свойств. Субъект погружен в конституируемый им, трансцендентный по отношению к нему мир феноменов, в котором может быть выделена его собственная сфера и сфера других субъектов, осознаваемая как вторичная объективная трансцендентность, фундированная в первоначальной собственной сфере субъекта.

Во внешнем мире субъект существует в виде монады, представляющей собой абсолютно замкнутое единство, в котором субъект может конституировать другую монаду в модусе alter ego. Познание другого субъекта осуществляется в актах аппрезентации или аналогизирующей апперцепции, в которых он выступает в качестве интенциональной модификации моего конкретного ego. За психофизической структурой другого субъекта, аналогичной в общих чертах с моей, конституируется благодаря апперцепции трансцендентальный субъект, существующий самостоятельно и независимо от моего субъекта, причем опосредованное познание другой монады способствует более глубокому пониманию моей собственной монады.

Каждая монада существует для себя в своем собственном изначальном мире, но кроме того она может вступать в различные интенциональные сообщества с другими монадами, осуществляющими интерсубъективно обобщенный опыт, в рамках которого постепенно формируется объективный мир. Объективный мир конституируется благодаря априорной возможности гармоничного взаимодействия монад, обладающих согласованными синтетическими системами актов, совместно конституирующая интенциональность которых формируется в ходе взаимной коммуникации монад.

Конституирование объективного мира исходит из моего конкретного мира, первоначально конституируемого в качестве единого потока моих собственных переживаний. В постепенно раскрываемом горизонте объективного мира мой изначальный мир занимает центральное место, так как он интенционально ориентирован к моему трансцендентальному субъекту, непосредственно его конституирующему. Вокруг моей монады располагается мир других монад, в котором объективный мир конституируется вторично, на основании моего конкретного мира.

Интерсубъективный мир имеет различные уровни объективации. На основе общей природы и пространственно-временной формы конституируется культурный мир, в котором могут быть выделены сообщества с различными культурами, обособленные друг от друга по причине отсутствия культурных связей. Каждый член сообщества конституирует свой жизненный мир, наполняемый значимыми для него интерсубъективными феноменами из сферы культуры, науки, религии и других. Благодаря a priori возможной взаимосвязности жизненных миров возникает коммуникация, позволяющая формировать интерсубъективный мир, общий для всех входящих в сообщество монад.

Концепцией интерсубъективного мира завершается построение трансцендентальной феноменологии, как одного из вариантов трансцендентальной философии вообще, в котором решающая роль отведена редукции. С точки зрения Э. Гуссерля, феноменологическая редукция представляет собой критический метод, нацеленный на определение объема и границ аподиктичности, благодаря которому чистая феноменология открывает аподиктическое основание философского знания, в том числе и всякого знания вообще. Наряду с редукцией метод феноменологического исследования составляет интеллектуальная, или эйдетическая интуиция, позволяющая Э. Гуссерлю определить сознание как целостно связанную совокупность чистых возможностей. Сознание трансцендентального субъекта обладает фундаментальным принципом интенциональности, которая благодаря своему бесконечно открытому конституирующему горизонту указывает путь к познанию мира, протекающий в пределах универсального самоосмысления субъекта.

Добавить комментарий