Человечность экономики


Великолепен человек, дающий дары
Аристотель

[159]

Дефицит человечности

Скептик Ж.-Ж. Руссо писал: « …мне совсем не нравится этот мир … Я терпеть не могу мир, каков он есть» 1. Конечно, есть привлекательная, светлая сторона этого мира и совершенно понятно, почему люди с древних времен выражают недовольство неприятной, уродливой стороной как истории человечества, так и современности. Трюизмом можно считать мысль о том, что экономика до настоящего времени никогда не соответствовала в полной мере чаяниям и идеалам человечества, хотя отвечала интересам отдельной части людей. Объективный анализ выявляет много накопившихся изъянов, противоречий, несправедливостей современной экономики, связанных с мучениями людей, с опасностью катастрофы, вызванной экономическими конфликтами и экологическими кризисами, обусловленной экономическими [160] причинами. Из-за этого людям приходится все чаще задумываться над тем, почему экономика в целом не соответствует интересам всех, критериям гуманности, общечеловеческим ценностям. Почему не выполняет она свое прямое предназначение — должным образом служить благосостоянию всех людей с учетом их заслуг, а также из альтруистических соображений, т. е. почему она не является по-настоящему человечной, соответствующей общечеловеческим ценностям: справедливости, нравственности, истине, красоте, доброте и т. д. Возникающая из этого несправедливость (необъективность) есть главное противоречие экономики, заключающееся в дефиците человечности.

В чем искать причины всего этого?

Прежде всего, следовало бы выяснить, почему экономическое и вообще общественное развитие шло по тернистому пути, который наполнен различными проявлениями зла, наблюдающимися на всем протяжении истории? Почему экономика щедро обеспечивала одну часть населения и оставляла нищей или неудовлетворенной другую часть и это происходило совершенно не по заслугам? По логике же вещей экономика должна служить обеспечению всех, без ущерба интересов каждого, на основе принципа справедливости, а не избирательно, исходя из необъективных оснований, не связанных с личными заслугами. Развитие, следовательно, протекало без учета интересов большинства, потребности которого учитывались и реализовывались лишь частично 2. Такое положение сохраняется и поныне, в чем и выражается отклонение экономики от человечности.

Так неблагоприятно складывался исторический путь развития экономики. Не сбилось ли человечество с верного пути? Почему экономика не могла справедливо, должным образом, в соответствии с интересами всех и каждого (по заслугам) распределять созданные блага? Почему она, если судить строго, в этом отношении остается уродливой и несправедливой? Не заблуждения ли и соблазны брали верх в поведении людей на всем протяжении [161] человеческой истории? Почему пороки экономики так живучи до сих пор?

Теоретически в истории существовали два основных альтернативных пути экономического развития. Первый путь — путь равновесно выгодного сотрудничества людей с полным учетом интересов всех и каждого, путь распределения продуктов труда (невзирая на уровень изобилия) в зависимости от личного вклада, опираясь на принцип альтруистического поддержания благополучия всех членов общества, не наносящих ему вреда. Это означает, что развитие производства происходит на основе внутренней личной заинтересованности неэгоистичных людей в увеличении общих благ, совершенствовании технологии и организации производства в условиях взаимосогласия и соревнования с целью достижения наибольших результатов: всеобщего благосостояния без конфликтов, без беспощадной борьбы между людьми за распределение созданных благ в свою пользу. Это было бы условием жизни человечества без людской агрессии, войн, бед на экономической почве, без нарушения гармонии человеческих отношений (увы, это трудно представить многим догматикам). Что же касается изобилия продуктов, как фактора гуманизации экономики, то оно не является единственной и достаточной предпосылкой для нее. Коллизии и негуманные отношения между людьми, противоречия и порочные явления в их жизни могут возникнуть и при высоком уровне изобилия (развития производства) 3. И, наоборот, справедливая и гармоничная экономика могла бы иметь место и при невысоком уровне производства, без изобилия продуктов 4. Изобилие в высокоразвитых странах не смогло [162] обеспечить истиннго благополучия и счастья не только для всех, но хотя бы для большинства членов общества, что неоправданно замалчивается социальными теориями.

Второй путь — это тот, по которому шло реально человечество в своей истории, так как ему не удалось выбрать первый; путь сложный, в целом многострадальный, полный ужасов для индивидов и целых народов, во многом связанных с экономикой и экономическими отношениями. Конечно, это вряд ли можно отнести к случайностям. Надо полагать, что изначально существовали строго объективные причины для такого пути развития жизни общества. Исходными, главными причинами этого являлись: недостаточность сознания, познавательного, интеллектуально-культурного уровня, духовного развития человека, особенности его психики, связанные с его происхождением и реально существующей социальной средой; условия формирования человеческого менталитета; противоречия самой жизни, в том числе между потребностями во благах и возможностями их производства, теми физическими и умственными преимуществами, то есть способностями отдельных индивидов, которые позволяют им создавать и присваивать большее количество благ по сравнению с другими, благодаря имеющимся в реальной жизни экономическим, политическим или иным рычагам. Это и обуславливает сосредоточение в руках некоторой части людей сначала значительных и, в дальнейшем, огромных, богатств. Этому способствовали и: неверная (искривленная) ценностная и целевая ориентация людей, ставящих превыше всего материальное богатство, вытеснившее духовные ценности; привлекательность этого богатства как источника экономической власти и престижа, как основы преимущества одних индивидов над другими, как средства удовлетворения гедонистических устремлений. Сыграли свою роль и ложные представления об истинном [163] смысле благополучия и счастья, о роли материальных и духовных благ в жизни людей и их положении в обществе 5; и, конечно, несовершенный и несправедливый механизм распределения и присвоения благ, сформировавшийся в соответствии с низким уровнем экономической и общей культуры.

Факт, что необъективные (несправедливые, ненравственные) с точки зрения истины и адекватности интересам всех и каждого экономические и социальные отношения были изначально сформировались, существовали и существуют по сей день как проявления низких, недостаточно совершенных форм организации общественной жизни. Они и выступают причиной дефицита человечности экономики. Человечество и экономика идут еще кривой дорогой. Это наглядно предстает перед нами, если сравнить образ человека, обладающего высокими достоинствами и преследующего гуманные цели, с реалиями жизни на протяжении всей истории человечества.

Общество, раздробленное и охваченное, главным образом, экономическим обменом, коммерческими отношениями, пропитанное животным индивидуализмом, основанным больше на инстинктах, нежели на разуме, намного отдалилось от истинно человеческих качеств и ценностей: добра, теплоты отношений, взаимоуважения, бескорыстия, нравственности, справедливости, достоинства человека и т. д. (нередко эти непреходящие ценности на практике оказываются искажены). В качестве определяющих поведение человека свойств на первый план выдвигаются стяжательство, корысть, безудержное стремление к материальномк богатству, что привело к половинчатой человечности, к опасности гибели человека, как социального существа. Вероятность этого может увеличиться и ввиду экономических и социальных коллизий, и благодаря действию [164] экономического механизма, побуждающего людей стремиться к бесконечной прибыли и безграничному потреблению.

В такой ситуации вопрос «какой быть экономике?» звучит остро. Существующие реальные и теоретические модели социально-экономического развития, предполагающие, главным образом, лишь совершенствование технологий (технической базы, технологических процессов), частичную трансформацию экономических и социальных отношений, характера и организации труда, достижение роста производства и роста благосостояния, улучшение системы социальной защиты и т. д., без коренных изменений способа распределения, отношений собственности и, в результате этого, образа жизни и мировоззрения людей — все это никак не может привести к такой экономике, которая соответствовала бы высоким гуманистическим идеалам человечества. Без истинной человечности экономики общество нельзя считать прогрессивным и высокоцивилизованным.

Теории постиндустриального общества, информационной эпохи, социальной рыночной экономики, гражданского общества, сетевого общества, потребительского общества, общества всеобщего благосостояния, новой экономики и др. не дают ясных и истинных представлений об экономике, в должной мере отвечающей всеобщим интересам и достоинству человека. Они не затрагивают принципы справедливости и нравственности распределения созданных благ, форм собственности, вообще человеческих отношений, являющихся ядром гармоничной, гуманизированной жизни и экономики. Ведь экономика, игнорирующая общечеловеческие ценности, в первую очередь справедливость и нравственность, не может быть человечной. Остается тревожным то, что сохраняется кризис как человека, так и современной общественной и экономической системы, не разрешены их острейшие противоречия, старый принцип отношений между людьми — homo homini lupus est (человек человеку волк) — до сих пор справедлив. Отчужденность человека, отдаление его от своих коренных качеств, результатов собственной деятельности, господство созданной им реальности над ним самим, все еще имеют место.

[165]

Примечательно, что доминирующие теории признают капитализм и рыночную экономику всемогущими, незаменимыми, вечными и чуть ли не идеальными. Д. Белл, например, выступает против того, чтобы обозначить формирующееся постиндустриальное общество как посткапиталистическое 6. Л. Туроу считает, что жизнеспособным остается только капитализм, основанный на выживании наиболее способных. У него нет альтернативы… «Никто не знает, как устроить успешно экономику на других основах? Господствует рынок, и только рынок» 7. Автора не смущает то, что «выживание наиболее способных» является бесчеловечным принципом. Капитализм признается безальтернативным, несмотря на то, что «… если выразить в самой резкой форме, капитализм вполне совместим с рабством. Такая система существовала на Юге Америки в течение более двух столетий» 8. Добавим, что старые и новые формы рабства существуют и поныне, и связаны они с рыночными отношениями, как, например, трефикинг. М. Кастельс также полагает, что экономика информационной эпохи не может быть ничем иным, как капитализмом. Он пишет: «Информационная глобальная экономика является капиталистической, фактически более капиталистической, чем любая экономика в истории … Законом по-прежнему является производство ради присвоения прибыли на основании прав собственности. Это сущность капитализма» 9.

Современные авторы считают достаточным для будущей экономики изменения в технологии и определенные трансформации организации труда, структуры экономики, и собственности, отдельные, не затрагивающие природу капитализма, преобразования системы распределения доходов и присвоения прибыли. Главной чертой новой экономики признается именно революционный переворот в использовании орудий труда и в технологическом способе производства, на основе чего происходят существенные изменения [166] лишь в экономике и социальной жизни, но не коренное качественное обновление социально-экономической системы.

Имеются две интерпретации т. н. новой экономики. Под первой понимается совокупность отраслей народного хозяйства, в которой производятся компьютерное и коммуникационное оборудование и программное обеспечение, а также вся система формирования, хранения, распространения и получения информации через интернет 10. Следовательно, названные новации считаются главными, не оценивается их идентичность с человечностью. Не принимается во внимание то, что эти новшества совершенно не достаточны для человечной экономики и новой жизни людей, игнорируется насущная необходимость изменения социально-экономических отношений. Согласно второй интерпретации новой экономики, ею является экономика США последнего десятилетия, ввиду экстраординарного прироста ее показателей, включая быстрый экономический рост, увеличение доходов, низкую безработицу и умеренную инфляцию, что стало результатом комбинированного эффекта от воздействия достижений в технологии, деловой практике и экономической политике 11.

Д. Белл еще в 70-х годах ХХ века полагал: «первой и простейшей характеристикой постиндустриального общества является то, что большая часть рабочей силы уже не занята в сельском хозяйстве и обрабатывающей промышленности, а сосредоточена в сфере услуг, к которой относятся торговля, транспорт, здравоохранение, индустрия развлечений, а также сферы науки, образования и управления… Постиндустриальное общество определяется качеством жизни, измеряемым услугами, которые становятся желаемыми и доступными для каждого… Вместо господства промышленного пролетариата, мы наблюдаем доминирование в рабочей силе профессионального и технического класса. Это новая революция, происходящая в структуре занятости … Совершенно очевидно, что постиндустриальное общество представляет собой общество знаний» 12.

[167]

В связи с информационно-технологической революцией указывается и на другие важные изменения в социально-экономической системе. Э. Тоффлер отмечает конец маркетизации. «Цивилизация второй волны (индустриальной эпохи — Г.М.) маркетизовала мир. Сейчас как раз в момент нового появления “производства для себя” этот процесс завершается… Третья волна (постиндустриальная эпоха — Г.М.) создает впервые в истории “трансрыночную” цивилизацию. Под словом “трансрыночная” я не подразумеваю цивилизацию, в которой нет сети обмена, мир, отброшенный назад к мелким, изолированным полностью, самодостаточным общинам, не способным или не желающим торговать друг с другом… Под словом “трансрыночная” я понимаю цивилизацию, зависящую от рынка, но более не поглощенную потребностью строить, расширять, разрабатывать и интерпретировать эту структуру, цивилизацию, способную поставить на повестку дня новые задачи» 13.

Происходят и другие изменения в экономике, связанные с достижениями науки и техники, революционными изменениями в технологическом способе производства, организации и социальных отношениях. Они хорошо описаны в научной литературе 14. Кастельс отмечает изменения в присвоении экономического излишка, индивидуализацю самостоятельных работников, горизонтальные рабочие отношения, коллективный характер капитала (коллективизированность собственности) и т. д 15. По Д. Беллу, «социальной единицей постиндустриального общества выступает скорее сообщество, нежели индивид», и целью становится достижение «социального решения, отличного от индивидуального» 16.

Подобные трансформации действительно имеют место. В научной литературе еще встречаются рассуждения о постэкономическом и пострыночном, даже безрыночном обществах 17. [168] Но четких и ярких представлений о таких обществах они пока еще не дают. Новые работы по этому вопросу не касаются коренных социальных изменений, в частности, освобождения современной социально-экономической системы от пороков, отдаляющих ее от человечности, от тех зол, которых так много в современном мире. Главное, что игнорируется социальными науками — несправедливость социально-экономических отношений. Теорией не уделяется должного внимания уродству экономики и разработке ясных, адекватных ориентиров, в полной мере отвечающих справедливым общечеловеческим идеалам, благополучию всех, а не только отдельных привилегированных слоев населения. Следует иметь в виду, что в общей перспективе, с учетом нового этапа развития цивилизации, общественная и, в частности, экономическая жизнь человечества не может продолжать существовать с такими пороками и в той получеловечной форме, в какой она протекает в наше время. Существующие и нарастающие противоречия могут привести человечество к катастрофе. Гарантом спасения может быть полное очеловечение экономики, такое, чтобы ее механизмы не были ориентированы на ущемлелие интересов одних — - и на обогащение за их счет других: это является отклонением от ее истинного предназначения — надлежащим образом, по справедливости обеспечивать благополучие всех членов общества. Хорошее общество — это только справедливое, т. е. гуманное, общество.

Контуры модели человечной экономики

Модель человечной экономики, как нам представляется, можно разработать на основе антропоцентристского подхода, подразумевающего осознание всех явлений и процессов в социуме сквозь призму природы и интересов человека, а также аксиологического (ценностного) и эвдемонического (исходящего из критерия счастья) видения.

Исходным пунктом при этом, на наш взгляд, может быть смысл и ценность жизни. Еще Конфуций считал, что «из рожденных [169] Небом и Землей человек является самым ценным» 18. Не вызывает сомнения для большинства людей, что смысл жизни заключается в ее неповторимости, исключительности, богатстве содержания, величии, привлекательности (несмотря на многие неприятности и беды, встречающиеся на жизненном пути человека), в созидательной деятельности, творениях человека, межчеловеческих отношениях, красоте, словом, в ценности жизни. Обогащение жизни содержанием, повышение ее ценности — это и есть прогресс общества. Это означает, в том числе, и расширение многообразия мира, формирование новых артефактов, интересных особых сфер социума благодаря креативным способностям человека.

В итоге формируется общество на основе метаценностей - справедливости, нравственности, истины, красоты и т. д., на основе утверждения добра и освобождения человека от зол. Это приведет к выходу общества из положения неполноценной свободы, паллиативной демократии и половинчатой человечности к упрочению истинно полноценных качеств и достоинства как человека, так и его жизни. Это будет и освобождением людей от иллюзорных, мнимых представлений о благосостоянии и счастьи, в действительности противоречащих интересам людей.

При фундаментальном метатеоретическом анализе экономики следует исходить из того, что смысл, ценность и назначение экономики вытекают из смысла и ценности жизни и связаны с ними 19. Лишь с помощью такого методологического принципа можно раскрыть и познать подлинную сущность экономики; истинную пользу, приносимую ею обществу, условия максимизации этой пользы; истинную мотивацию экономической деятельности человека; причины и последствия отклонения экономики и ее продукта (богатства, прибыли) [170] от полноценного служения благополучию всех людей; те условия, которые могут вернуть экономику к состоянию дарителя людям подлинных благ, счастливой жизни всем и каждому, такой жизни, в которой труд и его продукты не будут факторами отчуждения человека. Тогда процесс труда не будет неприятным, принудительным занятием, связанным с подчинением одного человека другому, а произведенные блага не будут распределяться и присваиваться крайне несправедливо, и потребляться неразумно и нерационально, как это происходило на протяжении всей истории человечества.

Одним словом, истинную сущность экономики и полноценное выполнение ею своего предназначения можно выразить в равновесно справедливом, то есть в соответствии с заслугами, служении экономики всем людям и их благосостоянию, без причинения ущерба одним в пользу других, которые необоснованно находятся в привилегированном положении. Теория должна заострить внимание на глубокой сущности экономики, полноценном осуществлении ею своих функций в обществе, над тем, как способствует она благополучию и счастью, развитию и самореализации всех людей равновесно, а не так, как это имеет место на практике — избирательно, игнорируя принцип справедливости 20. Мера соответствия экономики вышеуказанным критериям может считаться индикатором ее идентичности, бытия тем и такой, чем и какой она должна быть по своей истинной сущности. Отклонение же экономики от этих качеств есть признак ее несовершенства, порочности, преодоление которых является особой целью и заботой грядущих времен. По этому пути шла история до наших дней.

Состояние, когда экономика выполняет свои истинные функции в полной мере, равновесно в отношении всех людей в соответствии своему предназначению, когда нет особо несправедливо [171] выигравших и проигравших от результатов ее функционирования, мы рассматриваем как человечность экономики. Это равносильно тому, что качества экономики соответствуют наилучшим качествам человека, в ней как в творении человека, воплощены настоящие человеческие качества. Истинный человек и истинная экономика становятся совместимыми. Движение к полной человечности экономики являлось магистральным путем всеобщей истории. Оно есть наиболее вероятная дорога к прогрессу, пока еще недостаточному, но имеющему большие ресурсы в перспективе. За этим можно видеть полное освобождение человечества от мучительного пребывания в мире отчуждения, гарант оптимизма человеческого рода. Лишь благодаря этому пути человечеству суждено выжить и двигаться к более высокой ступени цивилизации, гармоничному и гуманизированному миру.

Следовательно, человечная экономика предполагает освобождение людей от таких пороков, которые обуславливают их действия, негативно отражающиеся на природе и характере экономики, вызывают ее отклонение от истинного предназначения. Речь идет о таких пороках человека, как:

  • эгоизм
  • тщеславие
  • несправедливость
  • алчность
  • упрямство
  • корыстолюбие
  • ненависть
  • хладнокровие
  • слабая воля
  • скупость
  • невнимательность
  • бесхозяйственность
  • жадность
  • рассеянность
  • расточительство
  • зависть
  • безответственность
  • неупорядоченность
  • коварство
  • ненадежность
  • неорганизованность
  • агрессивность
  • соблазнительность
  • и т.д.

С другой стороны, человечная экономика предполагает воплощение в себе во всеобщем масштабе таких добрых качеств человека, как:

  • человеколюбие
  • искренность
  • целеустремленность
  • верность
  • внимательность
  • свободолюбие
  • скромность
  • организованность
  • справедливость

[172]

  • сердечность
  • ответственность
  • альтруизм
  • правдивость
  • принципиальность
  • щедрость
  • толерантность
  • рациональность
  • дружелюбие
  • трудолюбие
  • решительность
  • любознательность
  • преданность
  • храбрость
  • и т.д.

Исторически негативные и позитивные качества человека и их соотношение определяют характер и образ жизни людей, а также природу социально-экономических отношений. Негативные качества во многом обуславливали, благодаря их силе влияния и непосредственным результатам проявления, порочность жизни, однако глобальные тенденции свидетельствовали, что более живучими и потенциально перспективными являлись позитивные качества. Они питали силы прогресса, и они же служат гарантом будущих надежд человечества.

Доминирование позитивных человеческих качеств равноценно появлению человека с новым мировоззрением, новой душой и сердцем, целостного, по-настоящему свободного, самостоятельного, высокоинтеллектуального, высоконравственного. Человеколюбие, а не любовь к богатству, будет определять тогда главную мотивацию деятельности экономических индивидов. Человечная экономика, таким образом, является высокоразвитой не только с точки зрения материально-технической базы, но и с точки зрения социальных отношений, соответствующих высокой духовности человека. В общих чертах это можно выразить так:

Свободный, творческий труд U изобилие благ U справедливость, нравственность ⇒ Человечная экономика


U — знак соединения,

⇒ — знак следствия.

Более развернуто это можно представить следующим образом:

[173]

Рис. 1. Компоненты человечной экономики

Основной заботой ХХI века является очеловечение экономики, для чего не менее, а может быть, даже более важную, чем технологический прогресс и экономический рост, роль должна сыграть трансформация социально-экономических отношений, без которой совершенствование трудовых процессов, изобилие благ и другие изменения теряют свою ценность. Формирование справедливой, нравственной, объективной, в соответствии с истиной устроенной экономики выдвигается на первый план. Только это будет [174] гарантом высокой социальной культуры и цивилизованного образа жизни.

Остановимся более подробно на отдельных вопросах.

Начнем с гуманизации труда. Характер и содержание труда как центральные детерминанты экономики, обуславливающие действие других факторов производства, его экономические и социальные результаты, экономические и отчасти неэкономические отношения, можно считать исходным пунктом человечности экономики. В развитии же труда фокусируются важнейшие ее стороны.

Исторически на труд выпала роль тяжелого бремени, внутренне и внешне необходимого принудительного процесса. Ввиду своей тяжести он считался чуть ли не наказанием для человека, связанным с перегрузкой, страданиями, жестокими условиями, мучительными переживаниями, травмами, заболеваниями, унижением, даже, порой, с гибелью. Он рассматривался в виде тяжелой участи человека, в отличие от развлечений и праздной жизни. Такое занятие вообще не могло вызывать удовлетворения и положительного отношения к нему.

Тем не менее, труд всегда считался для многих людей основным выражением сущности и условием существования, смыслом жизни. Для отдельных людей, но не для всех тружеников, труд всегда был источником удовлетворения и наслаждения, а также внутренней потребностью. Превращение процесса труда во всеобщем масштабе в источник удовлетворения и внутреннюю потребность 21 является, надо полагать, исходным пунктом перехода к человечной экономике. Этот путь начинается с освобождения его от тяжести (физического и умственного напряжения, рутинного характера и т. д.), наполнения творческим содержанием, делающим его притягательным.

Эти моменты на протяжении истории были связаны с развитием трудового процесса и составили его содержание. Но для формирования человечной экономики необходима метаморфоза труда во всеобщем масштабе, настоящая революция — становление [175] труда в качестве осознанно привлекательного, непринудительного занятия, источника удовлетворения, радости и положительных эмоций. Тогда произойдет преобразование его в настоящую составную часть смысла жизни, в способ самореализации человеческой личности.

Следующим важным компонентом нашей схемы человечной экономики является гуманизация производства. К ней, прежде всего, мы относим изменение механизма регулирования экономики. Простой анализ позволяет сделать вывод, что рыночный механизм регулирования экономики нельзя считать удовлетворительным ни с экономической, ни с социальной точек зрения. Во-первых, вопреки распространенному взгляду, он не гарантирует высокую эффективность экономической системы в общественном масштабе, и даже, при более пристальном рассмотрении, оказывается, во многом, расточительным. Во-вторых, он не обеспечивает необходимый порядок в экономике. В-третьих, он не решает, а обостряет социальные проблемы, создает напряженность и относится к судьбе людей нейтрально, что противоречит интересам индивидов и общества.

Рыночный спрос диктует производство товаров и услуг, часть которых совершенно не соответствует удовлетворению разумных потребностей. Ввиду этого ресурсы общества используются для создания таких товаров и услуг, которые реально не являются благами, а лишь иллюзорно считаются таковыми, которые фактически наносят вред людям (табачные изделия, наркотики, бессмысленные формы развлечений и др.).

Ввиду неопределенности будущего спроса, немалая часть произведенных товаров оказывается излишней и не находит своих потребителей, что приводит предприятия к банкротству 22.

Крайняя неравномерность распределения благ также является причиной расточительности рыночной экономики, ибо у [176] отдельных лиц богатство сосредотачивается в количестве, во много раз превышающем разумные потребности. Такие «излишние» товары и услуги не трансформируются в социальные блага (не используются для удовлетворения разумных потребностей), но, тем не менее, производятся и продаются по рыночным законам во всем мире в колоссальном объеме, на что расходуются огромные ресурсы человечества. В этом и выражается одна из нерациональных особенностей рыночной экономики.

Конкурентный механизм регулирования экономики не только не может создать необходимый порядок, но его действие является, во многом, причиной беспорядка и роста энтропии в широком смысле этого слова. Это проявляется в античеловечных фактах борьбы между экономическими субъектами, которая приводит не только к материальному и финансовому разгрому одного из соперников, но и к человеческим бедам — горьким переживаниям, болезням, нередко даже к смерти, разъединяет силы и общества, и самих людей. Одним из больших пороков рыночных отношений вообще и конкурентного механизма в частности является то, что всякая деятельность осуществляется в условиях высокого риска; по сути дела, это — огромные потери материальных и финансовых ресурсов и, что главное, человеческое напряжение и эмоции, нередко приводящие к человеческим жертвам. Все это снижает социальную ценность достигнутого отдельными индивидами успеха и особенно осложняет жизнь потерпевших поражение в конкурентной борьбе. Тревожным является то, что влияние фактора риска принимает всеобъемлющий и угрожающий характер 23.

Высокоцивилизованное общество не может жить, а экономика — вечно функционировать в условиях такого негуманного хозяйственного механизма, каким является конкуренция 24, которая [177] существует на определенном уровне развития, но не соответствует человеческой природе. Несмотря на распространенное мнение, что, якобы альтернативы считающейся идеальной конкуренции нет, нетрудно обнаружить более рациональный и гуманный механизм регулирования экономики, основанный на равновыгодном (по заслугам) сотрудничестве и соревновании экономических субъектов.

Механизм регулирования человечной экономики предполагает его соответствие требованиям высокой эффективности и гуманности экономических отношений, следовательно, устранению вышеотмеченных пороков, существующих при рыночной системе. По-настоящему человечным может быть экономический механизм, ориентированный на целенаправленную, планомерную организацию общественного производства на основе сотрудничества экономических субъектов в условиях демократических, бездиктатных научных методов, учитывающих действие объективных экономических законов и закономерностей, интересов всех агентов (сторон) экономических отношений в равновесном порядке 25. Такой комплексный (синергический) экономический механизм имеет явное преимущество перед конкурентным, анархическим (спонтанным). Это выражается в следующем:

  • во-первых, в устранении отклонения структуры производства от нужд людей, обусловленной несоответствием рыночного спроса с разумными общественными потребностями, и в возникающих на этой почве потерях;
  • во-вторых, в предотвращении ущерба от экономических диспропорций (неравновесия), от стихийности и спонтанности развития, от наращивания неопределенности (энтропии), от случаев банкротств, безработицы, от производства излишних (не являющихся полезными) товаров и услуг;

[178]
  • в-третьих, в возможности согласования и объединения усилий людей, в создании бесконфликтных мотиваций, условий доброжелательного соревнования ради достижения общих успехов при согласовании общественных и личных интересов как наилучшего способа получения максимальных результатов 26.

Уменьшение противоречий и социальной напряженности в экономике и обществе, связанных с эгоцентристским индивидуализмом людей и конкурентной борьбой, тотальными рисками, наносящими обществу огромный экономический и, особенно, социальный ущерб — все это, в конечном счете, вызывает смягчение отчужденности экономики.

Человечная экономика, свободная от трудных пороков и противоречий, может создать все условия для наивысшей производительности и обеспечить изобилие благ в соответствии со здоровыми потребностями общества, что ляжет в основу высокого уровня благосостояния людей. Факты наглядно показывают, что большинство стран с рыночной экономикой не может достичь высот изобилия и предотвратить нищету большей части населения (наблюдающийся в нескольких странах высокий экономический уровень жизни никоим образом нельзя объяснить одними рыночными отношениями, он имеет и другие известные основания).

Нельзя считать человечными формы собственности, к которым привел исторический процесс, и которые господствуют в настоящее время. Они обусловливают существование наемного труда (как несвободного), несправедливость распределения созданных благ, уродливые формы их присвоения, ничем не оправданное имущественное неравенство. Тотальные формы собственности, как частная, так и государственная, являющиеся источником [179] безграничной экономической власти, отрывают собственность от непосредственных создателей благ, образуют почву для существования антигуманных социально-экономических отношений.

Наемный труд, существующий благодаря господствующей роли частного или общественного капитала, отрывающего рабочую силу от условий производства, не может считаться подлинно свободным, ибо наемный работник имеет выбор между безработицей и подчиненным положением, в котором он находится. Он несамостоятелен, является лишь исполнителем воли и команд нанимателя. Следовательно, он является современным рабом, если учесть уровень интеллекта и сознания людей наемного труда 27. От такого рабства он должен быть освобожден 28.

Труд в условиях человечной экономики является свободным без оговорок, что предполагает: горизонтальные отношения между сотрудничающими субъектами, полноправное участие в принятии решений по организации производства и распределению благ (доходов), внутреннюю мотивацию труда. Такая ситуация может иметь место только после устранения тотального господства частной собственности. Это произойдет благодаря прогрессу по всем направлениям развития общества: материально-технологическому, культурному и духовному.

Распределение созданных благ всегда было — и остается до сих пор — несправедливым. Оно не устраняется рыночными отношениями: во-первых, господствующим фактором [180] распределения доходов является собственность на средства производства и, как экономическая власть, она обусловливает правила распределения в пользу собственников, диктующих свои условия труженикам; во-вторых, рыночный механизм в условиях господства капитала позволяет его владельцам присваивать значительную часть чистого (превышающего издержки производства) продукта, независимо от вклада в создание этого продукта; в-третьих, предложение труда обычно выше спроса, что позволяет устанавливать низкую цену на труд 29, а собственнику — присваивать излишек. Это означает, что рыночный механизм дает возможность владельцу капитала присваивать прибавленный продукт, полученный за счет участия в производстве бесплатных природных ресурсов и сил исторического процесса (накопленных знаний, опыта, научных открытий, продуктов изобретательной деятельности, основного капитала, окупившего себя и т. д.); в-четвертых, немалое влияние на распределение благ оказывает явное или скрытое насилие. К ним относятся насильственные действия частных лиц и групп людей, а также государства, когда оно, например, взимает с людей излишние налоги, т. е. больше, чем положено по закону 30.

Человечность экономики предполагает устранение указанных и других недостатков (несправедливостей) в области распределительных отношений. Это приведет к такому положению, когда [181] никто не сможет брать из созданного экономического дохода (благ) то, что ему не положено по принципу справедливости, то есть чужую долю, как это происходит до сих пор. Станет невозможным присвоить долю доходов, принадлежащую по праву другим, подобно тому, как нельзя присваивать чужие знания, способности, здоровье, духовные качества и т. п. Распределение делимых благ в условиях человечной экономики будет происходить на основе личных заслуг в создании продукта и альтруистического принципа — предоставления средств к существованию нетрудоспособным и не имеющим возможностей зарабатывать 31.

Справедливость распределения должна стать фактором устранения другого порока современного общества — колоссального, ничем не оправданного имущественного неравенства среди людей, что явно наблюдается и в отдельных странах, и в мире в целом. Это накопление совершенно ненужного объема богатств у людей, которые в результате становятся крохотными существами перед миром вещей и чуть ли не исчезают среди них. Конечно, речь не идет о полном равенстве между людьми по имущественному состоянию. Равенство не может быть целью общества. Оно не является само по себе ценностью, так как оно может стать несправедливостью. «Безусловно справедливым может быть только равенство по достоинству» 32. Именно такое равенство должно быть противопоставлено крайнему неравенству как источнику несправедливости. Абсолютное равенство само оказалось бы неоправданной несправедливостью. Высшей ценностью является справедливость, а не равенство. И неравенство должно быть справедливым. К. Ясперс считал, что «идея равенства всех людей совершенно не нужна, поскольку речь идет о характере и способности людей в качестве доступных психологическому исследованию существ, но она неверна как реальность общественного порядка» 33.

[182]

Исходя из вышеизложенного, объективация (справедливость, нравственность) отношений собственности имеет решающее значение для гуманизации жизни общества. Между тем, собственность была и будет атрибутом личности. Верна мысль философа Локка (семнадцатый век), который полагал: «Существую, следовательно, имею собственность». Но возникает вопрос: какая собственность справедлива и может быть благом?

Еще Локк связывал собственность с трудом. Он писал: «собственность образуется тогда, когда человек прилагает свой труд к ничейному предмету… Хотя земля и все низшие существа принадлежат сообща всем людям, все же каждый человек обладает некоторой собственностью, заключавшейся в его собственной личности, на которую никто, кроме него, не имеет никаких прав. Мы можем сказать, труд его тела и работа его рук по самому строгому счету принадлежат ему. Что бы тогда человек не извлекал из этого состояния, в котором природа этот предмет создала и сохранила, он сочетает его со своим трудом и присоединяет к нему нечто, принадлежащее лично ему, и тем самым делает его своей собственностью» 34.

Именно трудовая по происхождению, ненасильственная собственность соответствует человечной экономике. Однако, история и экономика пошли по кривому пути: образовалась нетрудовая, насильственная форма собственности, главной причиной чего явились факторы несправедливого распределения благ (доходов).

В грядущей высокоцивилизованной, человечной экономике не может иметь место доминантное положение тотальных форм собственности — источника уродливого распределения богатства, несправедливых экономических прав людей, которые связаны с негуманными общественными отношениями и их политическими последствиями: диктатурой денег и, следовательно, капитала на политической арене, с вытекающими отсюда нарушениями истинных прав и свобод человека, с фактической половинчатостью демократии и [183] свобод, их мнимым характером 35. Кроме того, нельзя игнорировать негативное влияние несправедливой собственности на мораль людей, ее раздвоение, нарушение целостности личности.

Эти изъяны, опасные для общества, исчезают после объективации отношений собственности. В настоящее время уже происходят существенные изменения в формах собственности, которые должны привести к исчезновению вышеуказанных пороков современной экономики.

Экономику нельзя считать совершенной и человечной, если потребление не отвечает требованиям рациональности, ибо от этого зависит трансформация созданных экономических благ в социальные — воспроизводство жизни людей и благосостояние общества. Должны быть исключены нерациональность, неразумность потребления обществом определенной, порой весомой части экономических благ, не служащих благосостоянию, не трансформирующихся в социальный эффект. Эта часть благ возникает в результате накопления у отдельных людей богатства в таком количестве, которое превышает их нормальную потребительную способность. В таком случае из благ не извлекается та полезность, которая в них содержится — она оказывается излишней с точки зрения нормального, разумного потребления.

Кроме того, должно быть преодолено потребление людьми таких товаров и услуг, которые не только не приносят им никакой пользы, но, порой, даже наносят вред. Такое потребление также надо считать излишним, то есть потерей продуктов для общества. Люди будут следить за тем, чтобы в тех случаях, когда из благ не извлекается в полной мере потенциальная полезность (в результате недопотребления по причинам порчи, неполного использования вещей или использования их не по назначению и т. д.), не возникали потери.

Все это означает, что должны быть преодолены все недостатки потребления, из-за которых снижается конечная, социальная, т. е. реальная эффективность экономики, и, соответственно, ее ценность.

[184]

Освобождение экономики от приобретенных противоречий и пороков приведет к исчезновению экологической опасности — одной из угроз экономике и человечеству. Рыночный механизм ни в коем случае не должен прилагаться к природе. Только исключение его применения к природе может привести к преодолению экологического кризиса. Вопрос отношения к природе всегда должен решаться не с точки зрения экономической выгоды, а в пользу сохранения природы.

В результате своего развития человечество до сих пор не смогло сформировать справедливые и адекватные человеку социально-экономические отношения. Они всегда были жесточайшими в отношении большинства и, во многом, продолжают оставаться такими же в наше время. Судьба многих людей и народов была и остается необъективно горькой и несправедливой. Часть людей были и оказываются как бы наказанными невинно самой судьбой. Долг общества заключается в снятии социальных несправедливостей и смягчении естественных причин неприятностей на жизненном пути.

Дорогой истины

Истина, как было показано выше, заключается в том, что современная экономика далека от человечности и назревает необходимость ее коренной трансформации на новой, гуманистической основе. Новой экономике желательно быть именно человечной. Однако не является ли переход к человечной экономике фантастикой, утопией, иллюзией? Ведь абсолютно совершенных вещей на Свете не существует. И не будет ли такая экономика однообразной, нивелированной, неинтересной, что равносильно росту энтропии и гибели? Если же она реально может быть создана, тогда что может для этого предпринять общество?

Ответы на эти вопросы можно искать в том, какие пути развития экономики существуют вообще. Ясно, что речь не идет об идеальной экономике, об исчезновении всех ее противоречий и проблем, или об ее однообразии в смысле строго стандартизированных [185] действий экономических субъектов, форм и норм отношений между ними и т. д. Противоречия в функционировании человечной экономики могут быть разнообразны. Они могут возникнуть при осуществлении целей отдельных людей и общества, как, например, при решении вопроса обеспечения производства ресурсами, а людей — теми или иными видами материальных и нематериальных благ, при выборе из альтернативных вариантов решения экологических проблем, борьбы с болезнями, предотвращения рецидивов отклонения людей от общественных норм поведения т. д. Однако, можно полагать, что народы и все человечество в целом могут устроить привлекательную, гармонично организованную, обеспеченную жизнь общества подобно тому, как это достигают многие люди в своих семьях.

Легко представить, что существуют огромные возможности устройства на Земле интересных, гармоничных форм творчески насыщенной, наполненной содержанием жизни общества и индивидов. Так может случиться только после устранения излишних противоречий и пороков, являющихся преградой для нормальной и спокойной жизни, приносящей удовлетворение и радость людям. Устранение их является таким же необходимым условием для общественного прогресса, как излечение от болезней и здоровье для благополучия людей.

Общественные патологии, в основном, возникли в результате воздействия внешней среды 36. После изменения этой среды и устранения причин возникновения пороков экономики они исчезнут. Очевиден факт, что большинство трудностей, бед, страданий и прочих видов зла люди сами причиняют друг другу или самим себе. Такие вредные действия могут быть устранены благодаря ликвидации их причин — интеллектуальной и духовной отсталости, глубоких противоречий самой жизни, о которых шла речь выше. Человечество может быть так же излечено от социальных болезней, как отдельные люди — от своих недугов.

[186]

Следовательно, фальшиво и неуверенно звучат концепции об отсутствии возможности общественного прогресса и создания справедливого, гармоничного общества 37.

Рассмотрение условий перехода к человечной экономике может показать реальность таких возможностей. Конечно, речь не идет об упразднении таких исторически сложившихся форм явлений жизни, как, например, рыночные отношения, капитал, грубая власть над людьми и т. д. насильственным путем или административными мерами, что, как свидетельствует опыт истории, сопряжено с огромными разрушениями и жертвами, и не всегда приводит к ожидаемым результатам, окупающим нанесенный урон.

Рассуждая о перспективах движения к человечной экономике, речь может идти о триаде предпосылок, составляющих дорогу к ней. Она предстает в следующем виде:

  1. развитие человека, его совершенствование, качественные изменения в его сознании, прорыв в его творческо-созидательном потенциале;
  2. технологическая революция, преобразующая процесс труда, его характер и содержание, а также структуру экономических процессов и самой экономики;
  3. изменение социальных отношений и их природы как следствие предыдущих процессов.

Ни одна из предпосылок триады не является самостоятельной и не может действовать отдельно от других. Гармоничное действие этих предпосылок может ускорить переход к человечной (новой) экономике. Схематично формирование человечной экономики можно представить следующим образом (см. рис. 2).

Как мы видим, наблюдается тройственный процесс, который приводит к человечной экономике. Этот процесс предполагает равновесность компонентов, нарушение же равновесия может явиться причиной задержания или прекращения движения к человечной экономике. Тогда развитие может получить [187] односторонний характер. Например, высокий технологический и организационный уровень может обеспечить изобилие продуктов, однако этим не достигается переход к человечной экономике. Высокой духовности трудно достичь при нищете, но высокая человечность экономики может быть гарантирована при необходимом и достаточном уровне изобилия, а также при равновесности всех трех компонентов человечной экономики, т. е. в условиях

Рис. 2. Схема формирования человечной экономики [188] духовного развития людей и справедливости социальных отношений, вместе с интеллектуальным и технологическим прогрессом. Однако такой вариант не всегда обеспечивался в прошлом 38.

Из изложенного следует, что все условия движения к человечной экономике являются приближением к истине как в сфере познания природы и самого себя человеком, так и в отношениях между людьми.

Все в социуме начинается с человека и его развития, чем и определяются все процессы в жизни общества. Исторически сложилось так, что современный человек является носителем множества приобретенных, наряду с врожденными, пороков. Большинство бед и противоречий в жизни людей возникает в результате недостаточного познавательного уровня, непонимания истинной сущности вещей, в результате заблуждений и неверных, а порой — абсурдных, представлений о многих явлениях. Большим препятствием на пути к лучшей жизни как отдельных индивидов, так и для народов и человечества является неадекватные знания о внешнем мире, особенно же — о социальных отношениях. Люди не могут глубоко осознать свое положение, не разбираются толком в том, почему испытывают трудности, что справедливо и что несправедливо. Не всегда могут разобраться и в том, что полезно и что вредно, хотя, даже зная об этом, нередко поступают неправильно. Люди обычно неадекватно разбираются в тяжести своих бед, лишений, в причинах низкого уровня благосостояния, несправедливости, негуманных отношений между собой. Они имеют смутное представление о том, как лучше устроить жизнь. В основном из-за этого они не восстают против несправедливостей, смиряются со своей судьбой, недостойным отношением со стороны других индивидов, государства и т. д. И лишь изредка слышны голоса протеста против несправедливости.

[189]

Именно из-за недостаточности истинных знаний многие стремятся к нездоровым, неблагородным целям, не приносящим им в истинном смысле блага, но лишь получают в некоторых случаях мнимые, ложные удовлетворения.

Все это ограничивало и ограничивает движение к человечной экономике, но силы движения в этом направлении всегда существовали и нарастают.

Большинство людей, конечно, характеризуются стремлением к добру, благородными качествами, человеколюбием, что служит фактором развития позитивных тенденций. Но экономическая власть, огромное богатство, сконцентрированное в руках небольшого числа лиц, ослабляют эти тенденции. Они влияют также и на поведение, формирование сознания людей в сторону развития стремления к наживе, притупляют человеческие качества — чувство справедливости, уважение к моральным нормам, добру и т. д. Несмотря на это, у преобладающей части людей внутренне, иногда неявно, присутствует тяга к добру и общечеловеческим ценностям, выработанным многими поколениями.

Следует отметить огромную роль прогресса гуманистической науки, культуры, искусства и литературы в выработке у людей истинного сознания как основы их поведения. Положительное влияние на формирование поведения людей может оказать повышение социального сознания на основе реально отражающих явления жизни социальных наук — философии экономики, социальной философии, социологии, истории и т. д. Без этого невозможна выработка истинного мировоззрения людей, их отношения к социальному миру, явлениям и вещам этого мира, невозможно формирование здоровых, по-настоящему человечных качеств, преодоление ложных представлений как преграды на пути к гуманизации и цивилизации. Люди, не имея верного представление о вещах, легко нарушают общечеловеческие нормы поведения. И даже имеющие истинные знания часто поступают несправедливо и аморально, совершают недостойные действия, а то и творят зло.

Поведение человека, его потребности, цели, устремления, социальный идеал и действия определяются не только знаниями, но и психикой, менталитетом, интуицией, нравами, [190] традициями, которые, вместе взятые, обусловливают его реакцию на вызов жизни. Нельзя сбрасывать со счетов и генетически обусловленные психологические пороки людей, имеющие корни в самом биологическом развитии человеческого рода и отдельных индивидов, которые хорошо известны из науки, а также роль объективной социальной среды, в формировании которых участвуют факторы, не связанные с человеческим сознанием. Духовные пороки человека являются одной из причин социального зла - насилия, угнетения человека человеком, агрессивных действий против других индивидов и всевозможных других форм антигуманных отношений между людьми.

Следовательно, освобождение людей от недостатков и пороков есть одно из исходных условий на пути к человечной экономике, к революционному обновлению экономики в позитивном значении этого слова 39. Только движение по истинному пути на основе как достоверных знаний, так и интуитивного стремления к добру, к соблюдению норм морали, а также, позитивные природные качества человека, могут привести к человечной социальной жизни.

Истинный путь к человечной экономике лежит в происходящих в настоящее время крупнейших и глубочайших изменениях в производственном процессе и труде. Они, несмотря на существенные отрицательные последствия (экологический кризис, очень высокая психологическая нагрузка и т. д.) приводят к колоссальному облегчению труда, росту его творческого характера, привлекательности и результативности 40.

[191]

Комплексная автоматизация, роботизация, информационные технологии, новые химические и биотехнологии и т. д. преобразуют экономические отношения и экономическую жизнь в целом. Они освобождающие людей от тяжелых, рутинных операций, благодаря чему труд претерпевает структурные и смысловые изменения, приводящие к одному из важных моментов трансформации экономики — к ее гуманизации.

Высокие технологии, сдвиги в общественной организации труда, структуре производства и благ, преобладающее место сферы услуг в экономике, миниатюризация техники, с одной стороны, и концентрация и функционирование крупного производства — с другой, вызывают «дробление» собственности (капитала) и прав между большим количеством экономических субъектов. В результате возникают совершенно новые формы собственности, трудовых отношений и присвоения благ.

Развиваются трудовые процессы, не связанные с подчинением одного человека другому, особенно в сфере услуг. Во многих работах исследователей социальных последствий современной научно-технологической революции описан процесс относительного снижения применения наемного труда, создания мелких эффективных предприятий на базе микроэлектроники, где практически нет наемных работников. Во многих странах, в том числе в США, расширяется выкуп предприятий работниками, которые становятся их владельцами, т. е. освобожденными от наемного труда. Создаются фирмы, акционерный капитал которых полностью или частично принадлежит сотрудникам 41. Довольно широко наблюдается возникновение «производителей для себя», которые самообслуживанием сокращают необходимость в наемных работниках 42. Д. Белл указывает, что начало постиндустриальной эпохи с ростом доли и масштабов сферы обслуживания и информационных процессов относительно уменьшает спрос на наемный [192] труд и его предложение; многие виды услуг предоставляются без использования труда наемных работников 43.

Значительную долю в собственности в наше время занимают блага, которые, в отличие от вещных форм благ, не могут быть присвоены другими людьми и отобраны у владельцев. В частности, это знания, опыт, объекты интеллектуальной собственности, авторство открытий, изобретений, новых идей и т. д. Услуги обычно присваиваются при их производстве и не могут быть отобраны другими лицами. Они занимают все большее место среди общественных благ.

Такие изменения в производственном процессе способствуют расширению самостоятельности и свободы людей, и, в конечном счете, исчезновению наемного труда. «Человеческий капитал» (по принятой терминологии) занимает уже сегодня преобладающее место во всем богатстве современного общества. Благодаря этому, традиционный капитал теряет силу, обусловливающую подчинение ему людей. Труд сам становится нанимателем средств производства — распространяются аренда, лизинг и т. д.

Новая технологическая эпоха и изменение характера собственности приводят к формированию работника-собственника, свободного от диктата, к соединению труда (труженика) и капитала, что становится большим шагом на пути демократизации собственности и освобождения труда 44.

Изобилие материальных благ, все возрастающая роль нематериальных ценностей в жизни общества и ориентация людей на [193] подлинные ценности приводят к снижению стремления к имущественному преимуществу. Нематериальные блага создают особые условия для образования собственности. Это особенно касается информации, знаний, идей, идеальных ценностей. Они становятся собственностью совершенно по-другому, чем предметы.

Особенно важно, чтобы указанные процессы привели к устранению крайне несправедливого имущественного неравенства людей в отдельных странах и во всем мире, которое связано не с заслугами отдельных индивидов, а со складывающимися экономическими отношениям 45. Такое неравенство — следствие несправедливостей, порочного механизма распределения — само является крайней несправедливостью, как его гениально называл еще Аристотель 46. Устранение именно подобного, а не всякого неравенства должно быть целью общества. Равенство по достоинству (по заслугам) может быть важной чертой человечной экономики. Происходящее развитие человека, повышение его познавательного и культурного уровня, научно-технологический и организационный прогресс вместе с другими достижениями в жизни общества, приводят к демократизации собственности, справедливым экономическим и социальным отношениям, к изменению механизма регулирования экономики. Станет неприемлемым и ненужным стихийный конкурентный способ регулирования экономических процессов, порождающий многие беды — банкротства, риски, страх перед будущим, безработицу, экономические кризисы и т. д. Все в большей степени возникает необходимость осознанного, преднамеренного ведения экономических процессов с учетом объективных экономических законов, в соответствии с интересами всех и каждого. Замещение стихийного механизма регулирования экономики осознанным, плановым станет одним из условий гуманизации экономики и [194] благосостояния всех и каждого. Это будет экономика равновесно выгодного сотрудничества и дружеского соревнования, свободная от отчуждения 47.

Описанные выше трансформации в жизни и экономике приведут к коренным изменениям в сфере потребления как завершающей инстанции экономического кругооборота. Это должно произойти благодаря отказу людей от бессмысленного накопительства, когда ими будет осознана абсурдность излишнего богатства, не приносящего никакой польы. С другой стороны, люди будут бережно относиться к созданным благам, потреблять их рационально, до конца, извлекать из них максимум полезности. Высокая культура потребления, связанная со справедливыми формами присвоения благ и общей культурой, сознанием, моралью, здоровыми общественными отношениями и личными качествами индивидов, их новая ценностная ориентация — во многом будет определять человечность экономики. Еще Аристотель указывал, что «скорее уж следует уравнивать человеческие вожделения, а не собственность» 48.

Все это приведет к полной, насколько это возможно, трансформации экономических благ в социальные и к высокому благосостоянию, что является одним из путей к человечной экономике.

Именно так станет возможным преодоление противостояния отчужденной экономики (со всеми ее врожденными и приобретенными пороками) человеку, что приведет к формированию новой культуры общественной жизни, наполненной обновленным содержанием, и к становлению экономики, не только ориентированной на созидание изобилия, но и следующей дорогой истины и красоты человеческих отношений.

Примечания
  • [1] Boswell on the Grand Tour Germany and Swisterland 1764 N.Y. etc. 1953 223-24. Аналогичная мысль может возникнуть и сейчас у каждого, если посмотреть обзоры ООН о развитии человека, особенно же об уровне жизни в различных странах. О мрачной картине жизни различных народов имеется огромная литература. Этот вопрос рассмотрен нами в работе «Тенденции гуманизации и дегуманизации экономики» (Сборник философских статей «Отчуждение человека в перспективе глобализации мира», СПб., 2001).
  • [2] Конкретные факты проявления этих процессов мы здесь рассматривать не будем, т. к. они хорошо известны.
  • [3] Марксистское положение, гласящее, что развитие производительных сил само по себе приводит, в конечном счете, к гармоничным общественным отношениям благодаря действию закона соответствия производственных отношений уровню развития производительных сил, не подтверждается практикой. Для этого необходимы также соответствующие духовный и общекультурный уровни, что не совпадает непосредственно с уровнем производства.
  • [4] Наши предки, наверное, не меньше нас чувствовали прелести жизни, не меньше получали удовольствия за относительно бедным экзотичным столом с натуральными продуктами, напевая простые народные песни, чем мы ощущаем наслаждение в шикарном ресторане слушая поп-музыку, хотя можно сказать, что содержательность, общая культура и комфорт в нашей жизни присутствуют в большей степени, чем в жизни предшествующих поколений.
  • [5] Большинство людей стремилось к умеренной обеспеченности и спокойной жизни во все эпохи, но действительность заставляла их следовать правилам, диктующим превознесение богатства. В разные эпохи люди выражали свой протест относительно такого образа жизни во многих, иногда в резких формах, что нашло отражение в работах прогрессивных мыслителей, религиозных доктринах, художественных произведениях и т. д.
  • [6] Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество. М., 1999. С. СLX
  • [7] Туроу Л. Будущее капитализма. М., 1999. С. 9.
  • [8] Там же. С. 288.
  • [9] Кастельс М. Информационная эпоха. М., 2000. С. 497.
  • [10] Ecоnоmic Report the President. Washington. 2001 p.
  • [11] Там же.
  • [12] Белл Д. Указ. соч. С. 171, 168, 160.
  • [13] Тоффлер Э. Третья волна. М., 1999.
  • [14] Туроу Л. Указ соч. С. 26.
  • [15] См.: Кастельс М. Указ. соч. С. 501.
  • [16] Белл Д. Указ. соч. С. 122.
  • [17] Это не только марксистская литература, но и западная, а также русская литература постсоветского периода.
  • [18] Цитируется по кн.: Россия и Грузия: диалог и родство культур. СПб., 2003. С. 315. Философский спор о смысле и абсурдности человеческой жизни на практике решается утверждением жизнеспособности и жизнелюбия, и отклонением самого мнения об ее абсурдности.
  • [19] То, что экономика в эпоху высокой степени экономизации жизни ставится выше человека, является парадоксом, вызванным большей любовью к богатству, чем к человеку.
  • [20] Понятие «экономический прогресс» никак нельзя ограничить умножением благ, совершенствованием процесса производства, его организации. Обязательным моментом являются справедливость распределения благ, без чего общее благополучие, как результат функционирования экономики, не может быть высоким.
  • [21] Этот момент подчеркивался марксистской экономической наукой.
  • [22] А. Смит по поводу банкротства писал: «банкротство, пожалуй, представляет собой величайшее и самое унизительное бедствие, какое может постичь невинного человека». Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. Т. 1. М., 1935. С. 288.
  • [23] Это наглядно показано У. Бекомом в книге «Общество риска. На пути к другому модерну», в которой доказано, что «общество риска есть общество, чреватое катастрофами». См.: Ук. соч. М., 2000. С. 27.
  • [24] А. Маршалл отмечал: «Термин “конкуренция” отдает слишком большим привкусом зла, он стал подразумевать известную долю эгоизма и безразличия к благополучию других… [Различные] факторы могут толкать людей… в направлении установления сотрудничества» (Маршалл А. Принципы экономической теории. Т. 1. М., С. 60).
  • [25] То, что, якобы, «конкуренция дает хорошие результаты, и не только в экономике» (Хайек Ф. Познание, конкуркеция и свобода. СПБ.: 1999. С. 49), отвергается практикой.
  • [26] «Человек соперничающий остается даже тогда, когда исчезнет человек, ведущий войну и ориентированный на экономический рост. Соперничество, однако, должно регулироваться таким образом, чтобы укреплялись общественные тенденции сотрудничества» (Кууси П. Этот человеческий мир. М.: Прогресс, 1988. С. 345). Добавим, что речь должна идти о равновыгодном и справедливом сотрудничестве. Иначе, сотрудничеством можно считать всякое отношение между людьми, с любыми партнерами.
  • [27] ООН признает существование определенной формы рабства в современном мире. Во всеобщей Декларации Прав Человека, принятой в 1948 году записано: « никто не должен содержатся в рабстве или подневольном состоянии, рабство и работорговля запрещается во всех видах» (Статья 4). Конечно, здесь речь не идет о наемном труде, но факт признания рабства — отражение реального явления нашего времени.
  • [28] Люди, по мере повышения их сознания и самосознания, все более стремятся к самостоятельности, к освобождению от положения наемного работника. В нашей практике, на наемный труд люди обычно смотрят как на унизительный. В научной же литературе описывается стремление к работе вне корпорации. См.: Тоффлер Э. Третья волна. Гл. 20 и др.
  • [29] Ситуацию на монопсоническом (неконкурентном) рынке, когда рабочая сила получает зарплату менее предельной стоимости ее продукта, А. Пигу называет эксплуатацией. Подробнее об этом см.: Блауг М. Экономическая мысль в ретроспективе. М., 1994. С. 398-399.
  • [30] По поводу справедливости распределения благ вообще можно признать необоснованным утверждение Ф. Хайека, гласящее, что любая форма распределения дохода справедлива, ибо она возникает в результате конкуренции. В обществе происходит своеобразная селекция, в конкурентной борьбе определяется ниша деятельности каждого, утверждаются правовой порядок и нормы морали (из книги Бертенева С.А. «Истороия экономических учений». М., 2000. С. 279). О распределительных отношениях наши взгляды подробно изложены в монографии «Метаэкономика — философия экономики» (Тбилиси, 1995).
  • [31] Нынешняя система социальной защиты, хотя и исполняет роль сглаживания несправедливого распределения доходов, не может устранить их.
  • [32] Аристотель. Политика. Соч. т. 4. С. 528.
  • [33] Ясперс К. Смысл и назначение истории. М., 1994. С. 453.
  • [34] Локк Дж. Два трактата об управлении. Соч. Т. 3. С. 277.
  • [35] Как указывает Дж. Ролз, «небольшая часть общества контролирует экономику и косвенным образом политическую жизнь». Ролз Дж. Теория справедливости. Новосибирск. 1995. С. 11.
  • [36] Дж. Кларк считал, что эгоистический образ действия, скорее, порожден общественной средой. См.: Селигмен Б. Основные течения современной экономической мысли. М., 1968. С. 190.
  • [37] Это особенно касается тех теоретиков, которые не признают некапиталистического пути развития и некапиталистической цивилизации.
  • [38] Существуют примеры по-настоящему гуманных отношений в бедных общинах, где люди не менее счастливы, чем богатые и обеспеченные, хотя нельзя утверждать, что жизнь в бедных общинах отличается высокой содержательностью и может быть идеалом.
  • [39] Революция во многих случаях — путь к обновлению, к лучшему миру. П. Друкер отмечает: «На склоне своих лет Томас Джеферсон пришелк выводу, что каждому поколению нужна новая революция». Друкер П. Как выйти в лидеры. М., 1992. С. 332.
  • [40] Изменения в материально-технической базе производства широко описаны в научной литературе, как технической, так и в экономической и социологической. На характеристиках этих изменений мы здесь подробно останавливаться не будем, а только коснемся их экономических и социальных последствий.
  • [41] Супян В.В. Собственность работников на американских предприятиях // США. Экономика, политика, идеология». №5. 1991. С.79.
  • [42] Тоффлер Э. Третья волна. М., 1999. Гл. 20.
  • [43] Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество. М., 1999. С. 168.
  • [44] Л. Туроу отмечает, что существенно меняются условия и методы ведения хозяйства. «Как же капиталистическая система может действовать в эпоху интеллектуальной рабочей силы, если эта сила не может быть собственностью? Большая часть фирм, имеющих такой характер, не управляется собственниками-капиталистами. Эти фирмы нанимают людей, оплачивают их, повышают в должности, принимают решения и выбирают лидеров совсем иначе, чем это делают во всем мире всевозможные «Дженерал моторз», «Дженерал элекрик» и др. См.: Туроу Л. Указ соч. C. 26.
  • [45] Никак нельзя согласится с теорией т. н. социального рыночного хозяйства, утверждающего, что «благосостояние для всех и благосостояние через конкуренцию неразрывно связаны». Слова Л. Герхарда цитируются по публикации издания “Deutschland”, №3, 2003. С. 9. Всеобщее благосостояние никак не может быть достигнуто в условиях конкуренции.
  • [46] Аристотель. Политика. Соч. Т. 4. С. 324.
  • [47] Применяемый В.В. Парцвания-Чараия термин «разотчуждение», на наш взгляд, довольно точно отражает процесс постепенного освобождения общества от несправедливых социально-экономических отношений. См.: «Генеалогия отчуждения: от человека абстрактного к человеку конкретному». СПб., 2002. С. 279-338.
  • [48] Аристотель. Политика. Соч. Т. 4. С. 420.

Добавить комментарий