«Пневматология» и «кардиогносия» в русской мысли XVIII века

[54]

В сочинениях русских мыслителей XVIII века находит свое дальнейшее развитие и воплощение учение о душе («пневматология») и учение о сердце («кардиогноссия»), во многом определявшие своеобразие древнерусской философской традиции, и восходящие к византийским истокам русской философии.

Стремясь преодолеть противоречие между разумом и чувствами, просветители обращаются к категории «души», видя в ней средоточие, синтез рационального и чувственного в человеке. Разум трактуется как особая способность человеческой души. Разум не в силах дать целостное представление о мире, невозможно, с точки зрения русских просветителей, опираясь только на разум, обосновать бессмертие души, бытие Бога, наличие нравственного начала в человеке. «Я сам знаю, чувствую, — писал А.Н. Радищев в трактате «О человеке, о его смертности и бессмертии», — что для убеждения в истине о бессмертии человека нужно нечто более, нежели доводы умственные; и поистине, касающееся до чувствования чувствованием должно быть подкрепляемо. Когда человек действует, то ближайшая причина к деянию его никогда есть умозрительна, но в чувствовании имеет свое начало, ибо убеждение наше о чем-либо редко существует в голове нашей, но всегда в сердце. Итак, для произведения убеждения о бессмертии человека нужны чувственные и, так сказать, сердечные доводы, и тогда, уверив в истине сей разум и сердце, уверение наше о ней тем будет сильнее, тем будет тверже.» 1

Душа и сердце, как средоточие души, являются основанием нравственного начала в человеке, которое имеет как рациональное, так и чувственное обоснование. Всякое человеческое действие — это «жизнь души нашей». «Душа наша имеет две главныя силы, из которых первая и начальнейшая называется Ум, или смысл и посредством которой мы мыслим, а вторая общим именем называется Воля. И сия есть самая та, которая производит в нас всякия хотения и от которой все наши дела происходят», — рассуждал в своем сочинении «Путеводитель к истинному человеческому счастию…» А.Т. Болотов 2. Именно в душе, по мнению Болотова, коренятся основные человеческие желания. Их три.
[55]

Первое желание — «склонность к собственному нашему совершенству, или желание видеть состояние свое в надлежащем совершенстве и оное от часу совершеннее делать». От него проистекают стремление к совершенству разума и тела, желание поступать в соответствии с разумом, желание вольности, т.е. свободы воли.

«Второе человеческое коренное желание» есть «стремление любовное» — то общее и «всем человекам свойственное от природы бескорыстное любление посторонних хороших и совершенства в себе имеющих вещей». Сюда относятся стремление к прекрасному и к нравственной духовной любви, т.е. любви бескорыстной, без помышления о собственной пользе. Из бескорыстной любви рождается склонность к человеколюбию, или «люблению всех человеков».

Третье наиважнейшее коренное стремление — стремление «совестное» 3. Именно совестное стремление является основанием нравственности в человеке. Совесть есть непосредственное побуждение к познанию и исполнению нравственных законов. Совесть является одной из центральных этических категорий, ей принадлежит особая роль в становлении морального сознания как в Древней Руси, так и в эпоху Просвещения. Понятие «совесть», как и большинство других русских этических терминов, появляется после принятия христианства и является словообразовательной калькой с греческого языка. Средоточием совести является сердце. Сердце, как и ум, участвует в процессе познания, которое понималось в русской философской традиции не столько гносеологически, сколько этически, как процесс познания добра и зла.

Категория сердца выполняет интегрирующую, объединяющую функцию в русской философии, для которой, как и для восточно-христианской мысли в целом, было характерно единство «делания» и «созерцания», основанное на глубокой имманентной взаимосвязи ученой и простой житейской мудрости. Русскую этическую мысль можно охарактеризовать как «философию сердца» и «философию разума», ей в равной степени присущи как «сердечные доводы», так и рациональные основания.

Примечания
  • [1] Радищев А.Н. О человеке, о его смертности и бессмертии // Избр. Философские и общественно-политические произведения. М., 1952. С. 378-379.
  • [2] Болотов А.Т. Путеводитель к истинному человеческому счастию, или Опыт нравоучительных и отчасти философических рассуждений о благополучии человеческой жизни и средствах к приобретению онаго. М., 1784. С.112.
  • [3] Там же. С.193-203.

Добавить комментарий