Путешествие на кладбище несбывшегося настоящего

«…она рассказала мне о своем посещении римских катакомб, но при этом не могла вспомнить два термина; и я ей в этом помочь не мог. Вслед за этим под гипнозом я спросил ее, какие слова она имела ввиду. Однако, и в гипнотическом состоянии она не смогла их вспомнить. Тогда я сказал: «Не думайте о них; когда вы будете завтра днем между пятью и шестью часами в саду, точнее в районе шести, то слова эти сами придут вам в голову». Следующим вечером, когда мы говорили о чем-то, не имеющем никакого отношения к катакомбам, она вдруг воскликнула: «Крипта, доктор, и колумбарий!» - «А, вот какие слова не могли вы вчера вспомнить! Когда же они пришли к вам?» «Сегодня после обеда, в саду, как раз перед тем, как я вернулась к себе». Я отметил, что таким образом она дает мне понять, что выполнила мои инструкции, поскольку обычно она уходила из сада около шести» 1.

Вспомни инструкции. И они не забудут тебя.

Тебя помнят инструкции.

Где пролегают те магистрали. Где пересекает их мозговая жидкость. Где трассируют томографию светящиеся пучки нейроразрядов. Где пробуравливаются тоннели их глазниц. Где смеркаются гробами их землистые шлюзы. Где?

Кладбище в переносе. Перенос кладбища: искрящиеся крипты бессознательного призывают гомо сапиенсa взять в руки лопату, мастерок субъективации. Порождение разума должно быть зарыто, погребено, удалено, забыто. Чтобы вновь и вновь возвращаться.

Могильные плиты, имена, фотопортреты, даты рождения, даты смерти, ангелы, женские фигуры, ограды, имена, полумесяцы, звезды, склепы, кресты, столы, мужские фигуры, фотопортреты, скамьи, дети, даты, даты, дети, фигуры, ангелы, кресты, звезды, трава, столы и скамьи, ограды, имена, даты, дети, склепы, могилы, могилы, могилы, фотопортреты. Где вы?

На кладбище, в другом городе. Городе другого наваждения. Последнем городе и всегда уже городе первом. Вначале кто-то умер. Инородный город с гробовыми домами, пробуждающий субъекта от дородового сна, открывающий человеку, оставившему следы на песке представление (о) жизни… Народный город психических отбросов антропогенеза. Наконец.

Символические части кладбищенских сооружений выстраиваются на поверхности. Части воображаемые утопают в земле. Между домами пролегают магистрали. Между домами из будущего в прошлое проносятся частичные объекты, оставляя светящиеся следы будущему регрессанту, пересекающему магистрали, поросшие травой кортикальные дорожки. В стороне остается колумбарий. Скрывается под линией горизонта другой колумбарий. За колумбарием колумбарий. Он проносится между криптами. Туда. Сюда. По кладбищу образов. Дорожки имеют продолжение. Они длятся и длятся. Длятся и длятся. Длятся. Нет, лунный свет не нужен некрофагу. Свет - порождение тьмы, в морщинах которой мерцает удаляющийся блик двойного пришествия представления себя в отражении. «Крипта, доктор, и колумбарий!» Да. «Крипта, доктор, и колумбарий».

Отражается удвоение воображаемого дома. За домом дом. За далью даль. За гробом гроб. За криптой скрип. За домом дом. Дом за домом.

Между памятниками на мгновение возникает контур реальности. Время рассеивается. Ты нашел себя? Здесь?

Теплое, влажное, безопасное подает рукам лопату. Обласкай твою пещеру, построй дом, - говорит голос. Я - сам себе дом, - вторит другой голос. Дом не должен быть один, - настаивает еще один голос. Обустрой себе могилу, наконец. Покажи свое необузданное всемогущество.

Воспроизводится беременность: повсюду складские помещения, мерещатся им зарытые клады, сокровища унесенные под землю, скрытые от глаз в земнопроводах драгоценности. Создаются уклады. Мертвые наводят на земле порядок. Порядок гомо сапиенс сапиенс. Беременность оправдывает их сохранение. Удвоение оправдывает их захоронение.

Могила - шкатулка, хранящая искупление вины. За долгом долг. Кладбище - архив смертоубийственных желаний. Галлюциноз отсутствующего присутствия.

Мертвые требуют городских построек. Прочность и надежность хранения обеспечивает архитектура. Архи(с)криптура. Тело требует тела. За телом тело. Мертвые требуют захоронения. Их требование утверждает их бессмертие. Мертвые не умирают. Мертвые бессмертны. И бессмертны живые. Друг за другом. Умри, чтобы другой восстал в величии своего зеленоватого свечения.

Прислушайся к голосу разума. Слышишь? Прекрати (его) утверждения.

Дом требует дом. Повторение вводит знак. Осаждает пыльцу жизни. Иллюзия требует иллюзию. Удвоение, двоение символа рождает жизнь через смерть. Живой не помнит благородного мертвеца, пред(о)ставляющего жизнь. За знаком знак.

Дома различны. Повторение - знак реальности. Реальность кладбища настаивает на реальности жизни. Формула «все там будем» расшифровывается как «все здесь есть». Fort-sein, - разносится замогильное эхо. Кровь и почва - узы гробовой змеи. Человек - экодом могильного жука.

Отказ в реальном здесь переносит реальное туда. Жизнь на кладбище. Подразумевается.

Кладбище - прикрытие реального, неповторимого, уникального, незаменимого виртуального события - перенесенной встречи. Узы амбивалентных тенденций, многоголосых влияний пронизывают кладбище. Реальное никогда не должно пробиться наружу, чтобы собрать встречу повторения первотравмы. Над кладбищенским входом надпись: здравствуй, убийца реального. Будь спокоен. Пока ты здесь, сновидение продолжается. Некрофил - отчаявшийся биофил. За гробом гроб.

Дом - идиома криптографии. Присутствие - виртуальная смерть символа. За иллюзией иллюзия. За представлением представление. В катакомбах крипты и колумбарии. В памяти крипты и колумбарии. Вне времени крипты и колумбарии. От них исходит время. Искусство из праха крипт: памятник, память, прошлое, время, сознание, рука, символ, пространство, гомо, сапиенс, сапиенс,

память


|


время - могила - труд


|


искусство

Дождит.

Ни тебе ни кладбища нет.

Покажите ваше нет?

Примечания
  • [1] Sigmund Freud (1895). Studien über Hysterie. Franfurt am Main: Fischer Verlag, 1997, S.117.

Добавить комментарий